Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Наконец — а дело было в Исфахане — мы с Джалилем нашли мой ковер. В Исфахане ворота базара прямо напротив Масчеде Шах, шахской мечети. Между ними королевский дворец Аали Гапу и лазоревая мечеть шейха Латфуллы, самая прекрасная мечеть на свете. Столь же прекрасна и площадь, великолепная Нагхшех Джахан, Отражение Мира, чуть ли не самая большая площадь на свете. Базар и Масчеде Шах — на коротких сторонах растянувшейся на пару километров площади, дворец шаха — на длинной. Власть духовенства и власть денег — по бокам, власть светская — посредине. Первым двум всегда было достаточно объединиться, чтобы третья пала. Так было и в конце семидесятых, когда тегеранский базар сговорился с университетской мечетью и шаха не стало. Тогда на базаре, куда хотя бы раз в неделю заходит любой житель столицы, торговцы стали давать на сдачу кассеты с записями проповедей аятоллы Хомейни, жившего во французской эмиграции. Судьба монархии была решена. ... "
" ... Он поступил дальновидно, объединившись в 1960-е годы с фракцией аятоллы Хомейни и затем, после революции, принял образ предприимчивого активиста. Он смог убедить Хомейни положить конец Ирано-иракской войне и снял изоляцию страны, установив торговые отношения с Советским Союзом, Китаем, Саудовской Аравией и Объединенными Арабскими Эмиратами. В 1990-е годы он возобновил работу над Иранской ядерной программой. Он также считается отцом Иранской программы приватизации. За время его пребывания на посту президента был воскрешен фондовый рынок, некоторые государственные компании проданы своим же сотрудникам, с внешней торговли сняты ограничения, а к нефтедобывающему сектору получили доступ частные фирмы. По заявлениям занимающих особую позицию членов Иранской Торговой палаты, большая часть собственности и сделок в конечном итоге оказались в руках мулл и их единомышленников, а также, не в последнюю очередь, семьи самого Рафсанджани, которой удалось достичь таких высот, изначально занимаясь скромным мелким бизнесом по производству фисташек. ... "
" ... После «Исламской революции» в стране был введен принцип «вела-е факих», то есть правление духовенства. Ираном правят шиитские священники – аятоллы. Курс развития страны задается Хаменеи. Между тем, президент – второй человек в стране и является главой правительства, назначает министров, представляет страну на политической арене. Есть возможности маневра крайне ограниченной демократии, присутствуют разные политические направления. Политическая система Ирана достаточно децентрализована, в стране есть немало центров силы. Но все это возможно лишь в узко дозволенных рамках идеологии Исламской республики. Все это проходит под надзором верховного лидера, который дает «советы» и «направляет» целую страну в нужное, в его понимании, русло. ... "
" ... После обширного инфаркта 1980 года жил с семьей в пригороде Тегерана. 25 мая 1989 года перенес операцию на желудочно-кишечном тракте, после которой состояние аятоллы резко ухудшилось, и спустя 10 дней он скончался. В последний путь Рухоллу Мусави Хомейни провожали, по разным данным, от 10 млн до 17 млн человек. Похоронен в мавзолее возле кладбища Бешихте-Захра, где находятся могилы погибших участников исламской революции. ... "
" ... То же самое происходило в Иране. При светском режиме последнего шаха экономика страны развивалась чрезвычайно динамично, но затем шах был свергнут фанатичными приверженцами аятоллы Хомейни. После исламской революции в экономике наступил застой. Таких примеров — множество. В Алжире когда-то процветало сельское хозяйство, развивалась промышленность, началась разработка месторождений нефти и газа — ничего этого сейчас нет и в помине. В действиях ливийского лидера Муамара Каддафи, возможно, возобладал наконец здравый смысл, но до этого страна впустую растрачивала нефтяные доходы. Нигерия, где набирает силу ислам, тоже промотала свое нефтяное богатство. ... "