Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... В итоге тотальное стремление к безопасности становится главной, неосознаваемой угрозой общественному благу. Безопасность — условие жизни, но получив в качестве «доброго защитника» самообучающегося сверхъестественного друга, настроенного на защиту своего подопечного от всего, на тотальное отражение мельчайших угроз, человек быстро придет к невозможности есть, пить, дышать и выходить на улицу — эту коллизию описывает Роберт Шекли в рассказе «Защитник». До его появления «жизнь никогда не была для меня такой опасной», осознает главный герой. А когда угрозы возрастают многократно, он узнает от специалиста по безопасности то, о чем должен был подумать в самом начале: «Принимая защиту, ты должен принять заодно и ее последствия. Защита возбуждает потребность во все новой защите». ... "
" ... Доносчики в нашей истории были всегда: и при Малюте, и при Берии. Но люди доносили не столько из любви к порядку, сколько из корысти: за деньги или за продвижение по службе, из зависти или из подлости, из малодушия и страха. В русском доносе не было чистоты жанра, стремления к общему благу. Разве что в сталинском СССР донос был возведен в державную добродетель, увенчан государственными наградами, как в «деле врачей», и дистиллирован до высшей жертвенности — самодоноса. Но те времена прошли, и в брежневскую эпоху донос опустился до уровня бытовой склоки, месткомовской интриги и сведения счетов с коллегами. ... "
" ... Именно учеба в университете, где Любецки специализировался на экономике и международных отношениях, убедила его, что бизнес может служить общественному благу. В 268-страничной диссертации Любецки утверждал, что если бы арабы и израильтяне начали вести дела вместе, это создало бы между ними достаточно взаимных интересов для формирования устойчивых отношений. «Экономика может объединять людей», — говорит Любецки. Окончив университет в 1990 году, он получил диплом по юриспруденции в Стэнфорде, и был полон надежд стать дипломатом и поспособствовать установлению мира на Ближнем Востоке. ... "
" ... Наступает один из тех моментов, когда ждать можно чего угодно. По сути, вопрос лишь в том, откуда ждать подвоха. Такое же ощущение складывается и в отношении финансовых рынков. Вопрос, на который все ждут ответа: объявит ли Греция дефолт? Существует точка зрения, согласно которой у греков нет выбора: те меры, которые принимает правительство для снижения расходов и увеличения доходов, ведут к оттоку из страны остатков производительной экономики. В Болгарии налоги ниже, в Румынии работники менее привередливы. Но есть и другой, более интересный вопрос: даже если эти люди теоретически смогут выплатить долги, жить по средствам и вернуть добрую репутацию в Евросоюзе, есть ли у них для этого внутренние ресурсы? Или они настолько потеряли способность ощущать связь с миром за пределами своих мирков, что готовы просто отказаться от обязательств? На первый взгляд, объявить дефолт по долговым обязательствам и самоустраниться было бы безумием: все греческие банки мгновенно обанкротятся, страна не сможет платить за многие импортируемые товары первой необходимости (например, нефть), и правительство будет наказано на долгие годы высокими процентными ставками, если ему позволят снова брать кредиты. Но эта страна ведет себя не как коллектив. Она ведет себя как скопище разобщенных частиц, каждая из которых привыкла преследовать собственные интересы в ущерб общему благу. Правительство решительно настроено, по крайней мере, попытаться восстановить гражданскую сферу в Греции. Но вот вопрос: а подлежит ли она восстановлению? ... "
" ... Это была маленькая группа интеллектуалов и деятелей культуры, заинтересованных в том, чтобы искусство и музеи служили общественному благу,– коллекционер, критик, директор Национальной галереи и еще несколько человек. На пороге ХХ века появилась опасность, что многие произведения искусства окажутся заграницей. Картины из частных коллекций, находившиеся в британских загородных дворцах, стали распродавать, и их покупали иностранные коллекционеры, в особенности американцы. И вот эта маленькаягруппа начала собирать деньги, чтобы помочь музеям покупать произведения, опережая американцев! С самого начала цельюбыло вовлечение как можно большего числа людей для сбора значительных сумм. ... "