Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... 26% ежегодных доходов Международного союза конькобежцев (ISU) приходятся на спонсорские и рекламные соглашения: за 2016 год $7,1 млн из $27 млн. А в 2017 году ISU приобрел еще одного спонсора — Audi. И хотя пока только на один, олимпийский, сезон и только для одного вида спорта — шорт-трека, но пример многолетней (16 лет) верности Audi Федерации лыжного спорта (FIS), демонстрирует все шансы ISU обзавестись платежеспособным титульным партнером. ... "
" ... В начале 1725 года Петр Великий умер, но наследовавшая ему Екатерина I не оставила персидской авантюры. Верховный тайный совет новой императрицы сделал ставку на силу и решил «с вящей силою в Персии действовать, нежели доныне». К 1726 году в бывших иранских провинциях было расквартировано уже свыше 20 000 российских военных. Сменявшие друг друга командующие Низового корпуса строили новые крепости и учреждали в городах русские комендатуры. Из лояльных к русским властям жителей создавали вспомогательные части «доброконных скороходов» (воевавших с боевым кличем «Урус!»). Генерал Василий Левашов, очередной глава присоединенных территорий, организовал настоящую разведывательную сеть. Его осведомители работали не только с населением — донесения приходили из иранских и турецких войск. Разведчики регулярно докладывали о событиях в столице и других городах и провинциях Ирана. Они выявляли «бунтовщиков» и часто рисковали при этом своей жизнью; сохранилась даже коллективная челобитная «персидских шпионов» на непокорных туземцев, угрожавших им: «Чего ради… от россиян шпионами ходите, а ныне де и свой шах имеэтца, коему в верности пребывать надлежит». Пришлось посылать очередную карательную экспедицию на помощь своим шпионам. ... "
" ... Первые правовые нормы об извете (так называли донос в старину — от слова «известить») возникли во времена образования Московского государства. Переходившие на службу к московскому князю служилые люди были обязаны целовать крест в верности ему и подписывали специальные «укрепленные» грамоты, которые (в отличие от подобных документов в других русских княжествах!) включали обязательство извещать, «где которого лиходея государя своего изведаю или услышу на государя своего лихо… и мне то сказати своему государю безо всякие хитрости». ... "
" ... Само по себе предположение, что вас стоит защищать от таких, как я, означает, что у вас нет внутренних фильтров, нет жизненного опыта, критического мышления и интеллекта как такового. Вы настолько податливы, что чтение заданной университетом кни- ги, где упоминаются наркотики и секс, заставит вас, отбросив книгу, тут же поспешить и самостоятельно все это попробовать — что кажется мне не более вероятным, чем тот факт, что, прочитав «Анну Каренину», вы окажетесь под поездом. Также это может означать, что книга Толстого, в первую очередь, не о безусловной красоте жизни, а моя книга не о всепоглощающем значении верности. ... "
" ... Я давно об этом слышу. И это действительно важная тема. Я ловлю себя на мысли уже сейчас, будучи уже весьма взрослым человеком, что наше обучение в качестве критерия истины предполагало согласие — согласие родителя, согласие и одобрение педагога, начальника. Если ты делал что-то и получал одобрение, значит ты делал это правильно. Если ты не получал одобрения, значит ты делал либо неправильно, либо что-то неправильное. Идея критического мышления состоит в том, что это неверный критерий. Если тебе свистят и улюлюкают, вполне возможно, что ты сделал что-то очень важное. А если тебе все аплодируют, то вполне возможно, ты вообще ничего не сделал. Мы должны допускать, что то, что мы предлагаем, — идея, проект, действия, оценка, — может не совпадать с общественным мнением и люди могут негативно к этому относиться. Но от субъективного восприятия (а это субъективное восприятие) даже такого большого количества людей она не может быть априорно ошибочной. Она может оказаться правильной, просто люди не готовы это воспринимать. Они не готовы воспринимать сейчас, не готовы воспринимать в длительной перспективе, но, как говорил Галилео Галилей, все-таки она вертится. Вот его не одобряли, но его это не смущало, и он продолжал настаивать на верности своей гипотезы. Это критическое мышление. ... "