Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Еще по гонконгской карте можно бонусами расплачиваться в парках, магазинах и точках фаст-фуда. По ней осуществляется пропуск и учет посещения в школах, вузах, бизнес-центрах. В Москве тоже планируется развивать подобный функционал — уже сейчас по «Тройке» можно пройти в Третьяковскую галерею, Планетарий, на катки Парка Горького и ВДНХ, а также в МГУ и несколько столичных бизнес-центров. В ближайший год для пользователей московской карты будет запущена программа лояльности, предусматривающая бонусы в торговых точках партнеров программы. ... "
" ... Один из таких — на правом берегу реки Исеть, в центре Екатеринбурга. В 2006 году местный предприниматель Марс Шарафулин начал возводить здесь деловой центр «Демидов» — 130-метровую башню и конгресс-центр, который должен был принимать саммит ШОС в 2009 году. Стройку курировал лично свердловский губернатор Эдуард Россель. Но строительство вскоре застопорилось, а в мае 2008 года Россель встречался с Козицыным, который сообщил ему, что выкупил у некоего московского инвестора 50% компании «Клаас-Строй» — застройщика «Демидова» и обещал достроить башню к саммиту ШОС. У УГМК был прямой интерес к этому проекту: через дорогу от «Демидова» компания Козицына одновременно с Шарафулиным начала строительство своего амбициозного проекта «Екатеринбург-Сити», который должен был включать четыре небоскреба, отель Hyatt Regency и торговую галерею. Шарафулин на появление нового партнера отреагировал эмоционально и обвинил в рейдерстве. Через несколько месяцев он продал УГМК и свою долю в «Клаас-Строй». Появление УГМК не спасло проект: «Демидов» исключили из объектов саммита ШОС, строительство заморозили. В 2010 году у Шарафулина начались проблемы с правоохранителями, его обвинили в уклонении от уплаты налогов. Он эмигрировал во Францию, где скончался в 2016 году. ... "
" ... Переплетчиков даже записал в дневнике, что Остроухов «перестал выклянчивать этюды», только когда женился на Боткиной. Впрочем, числились за ним и благородные поступки, которые он особо не афишировал. Однажды, дело было еще до женитьбы, он решил пожертвовать галерее рисунок Федора Васильева, правда, на двух условиях: пометить, что это «дар такого-то» (что в галерее практиковалось), и, если Павлу Михайловичу случится приобрести более характерный рисунок художника, подаренный возвратить. Третьяков приехал засвидетельствовать благодарность за великодушный поступок, достойный подражания, лично. Несколько лет спустя, накануне передачи галереи городу, Павел Михайлович именно Остроухова попросит внимательно обойти с ним галерею и указать, какие вещи, по его мнению, безусловно лишние или нежелательные. Илья Семенович таковых отметит порядка, и Павел Михайлович изымет все до одной. ... "
" ... Тот факт, что на мировом арт-рынке ее никто не знал, Кесаеву не остановил. «Если уж я что-то начинаю, я делаю это до конца». К переговорам с владельцами работ художников присоединился галерист Эдуард Миттеран, племянник экс-президента Франции, с которым Кесаева была знакома по Женеве. И конечно, решающее значение имели деньги мужа Стеллы, совладельца «Меркурия», крупнейшего табачного дистрибьютора России (№3 в списке крупнейших частных компаний 2012 года). Игорь Кесаев разместил галерею в охраняемом особняке в центре Москвы, оплатил перевозку и страховку, а также предоставил владельцам картин в качестве гарантии депозиты на сумму $15 млн. Долго убеждать мужа не пришлось, говорит Стелла. «Мы же не платили эти деньги, просто как бы замораживали их, если вдруг что случится, но случиться ничего не могло, а красть я ничего не собиралась». Приуроченная к открытию галереи Stella Art выставка «От поп-арта к трансавангарду» поразила Москву невиданным тогда на московских презентациях современного искусства гламурным блеском, шикарным каталогом, уровнем работ и составом гостей, среди которых было много знакомых и друзей семьи Кесаевых, ранее на таких мероприятиях не замеченных. О самой Стелле пресса отозвалась достаточно язвительно: очередная жена бизнесмена решила открыть галерею, быстро надоест или ей, или мужу. «Воспринимали меня как жену нувориша, которой просто некуда деньги деть». В свою очередь, друзья семьи не оценили поп-арт. «Многие говорили: что за мазня, да мы сами можем такое нарисовать, что за искусство у тебя дурацкое?» — смеется Кесаева. ... "
" ... Хаммер вывозил сокровища Фаберже из России и продавал на антикварных рынках, а позже открыл вместе с братом в Нью-Йорке галерею и организовал поточное производство пасхальных яиц Фаберже и камнерезных фигурок. Хаммеру удалось собрать вокруг себя мастеров из мастерских Фаберже и обзавестись копиями фирменных петербургских клейм и императорских шрифтов. В его галерее работал консультант, «специалист по русскому Фаберже». Он и агенты братьев Хаммеров выдавали подделки за редкие дубликаты оригинальных вещей Фаберже или даже за подлинники. ... "