Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Валерия Репина на вопрос, есть ли перспективы того, что бренд «Делимобиль» под которым развивается московский каршеринг, и который представляется идеальным названием для этого вида бизнеса, вытеснит «каршеринг», подобно тому как в дореволюционной России «ландрин» заменил «монпансье», или как «ксерокс» стал олицетворением копира, отвечает: ... "
" ... Все новое — это хорошо забытое старое. Успешная разработка жилы «сенсационной журналистики» при полной лояльности власти; образцово-показательная прогосударственная позиция с пафосом «эксперта»; блуждание от одного спонсора к другому при сохранении внешней оппозиционности — все эти стратегии были хорошо известны в дореволюционной России. ... "
" ... Если Мандль работал на широкие круги среднего класса, то одновременно сложилась и российская высокая мода. Самым ярким именем стала Надежда Ламанова, одна из талантливейших женщин-предпринимателей дореволюционной России, «русская Коко Шанель». Кто-то ее называл «Станиславским костюма», а сам Станиславский — «Шаляпиным от моды». ... "
" ... И не говорите мне, что дворянство и интеллигенция – разные классы в дореволюционной России. Что понятие «интеллигенция» возникло лишь во второй половине XIX века при разночинцах. ... "
" ... — На мой взгляд, ухудшение было достаточно резким. Возможно, это связано с тем, что раньше был определенный, четко заданный путь прохождения законопроектов. Они не шли со всех сторон – была единая труба, сито, через которое они проходили. Это позволяло оттачивать формулировки. А когда в конце 1980-х идеи демократии и парламентаризма завоевали массы, законодательные инициативы стали появляться в огромном количестве и из разных источников. Конвейер стал разрушаться. Сначала этот поток еще как-то удавалось сдерживать, а потом процесс стал необратимым. Контролировать ситуацию стало невозможно. На мой взгляд, ухудшение было достаточно резким. Это касается уже первых законов, которые появились в новой России. Может быть, здесь я слишком эмоционален, говоря об этих законах не с точки зрения юридической техники, а с точки зрения их качества в плане соответствия теории права. Мы ведь привыкли жить в определенной системе много лет, и эти традиции были нарушены. Те, кто писали законы, тоже были воспитаны в советской системе. Многие, конечно, имели доступ к дореволюционной литературе и зарубежным источникам, но со временем, в 1970-80-е, уровень теоретической и юридической литературы, на мой взгляд, стал падать. Связано это с тем, что ушли из жизни авторы, получившие образование до революции – те немногие, кто остались в Советском Союзе, не подверглись репрессиям или были реабилитированы и имели возможность преподавать. Тем не менее, хотя юридическая литература в 1970-х была невысокого качества с точки зрения содержания, стиль изложения был на достаточно высоком уровне. В 1990-е нужно было предложить совершенно новые экономические модели. И предлагали кто во что горазд. Так было и в экономике: кто какими знаниями обладал, тот их и пытался по мере сил воплощать. В праве тоже стали использовать американские модели и законы, которые нам совершенно не подходили. Вместе с Mcdonalds’ом пришло увлечение американскими экспертами, которые активно приезжали в Россию, в том числе, чтобы писать нам законы. В результате мы стали отходить от канонов советского права, не пристав к новому берегу. Это повлияло и на качество языка. Мы копировали зарубежное право – по сути, многие российские законы того времени были полными или частичными кальками. Никто не думал, стыкуется ли это с терминологией, принятой в советское время. Естественно, не стыковалось: другая экономическая система — другая терминология. ... "