Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... В целом люди пока еще в шоке от произошедшего. Никто не знает, что делать. Узбеки сидят в своих гетто, киргизы прибывают и вооружаются. Баррикады поражают масштабами, как и количеством выбоин от пуль и снарядов. Много молоковозов, сожженных машин, поваленных деревьев. Над городом летают вертолеты и сбрасывают листовки с призывами к миру. От вертолетов люди в страхе жмутся к стенам, ожидая залп. В городе полное безвластие, но армия и милиция пытаются взять власть в руки. ... "
" ... Может быть, не на руку вину играет его имидж сложного, часто дорогого и не доступного большинству продукта; а шоколад — вот он, чего тут понимать. Может, штука в том, что высказываться на тему вина большинство людей стесняется — в шоколаде же каждый считает себя специалистом. Люди, которые мнутся и жмутся в поисках слов, чтобы описать вкус вина, сыплют эпитетами, пробуя содержимое того же бокала, но с шоколадкой. Ну а когда дело доходит до шоколадных коктейлей, то в публике просыпается настоящий азарт. ... "
" ... Политически обусловленное владение крупными активами однозначно подразумевает, что любое их перераспределение есть акт политический, как и любые действия в отношении бывшего собственника. И чего удивляться, что в стране политически распределенных активов дела против их собственников и менеджеров все как одно — политические. Гусинского тронули — политическое дело, Ходорковского — совсем политическое, Абрамовича тронут — тем более. И хорошо если виновных в подрыве английского футбола не будут судить в Высоком суде. Куда Следственный комитет ни плюнь, всюду сидит потенциальный политический беженец и политическим беженцем погоняет. Другое дело, что Бородину и Ко политических убежищ никто просто так уже не даст. Они говорят, что еще ничего не решили, а сами уже клиенты не менее трех юридических фирм, поскольку одно дело — журналистам лапшу вешать, а совсем другое — сыграть в русскую экстрадиционную рулетку. Юристы, конечно, мнутся, жмутся, требуют предоплаты и говорят: «Ну ладно Березовский… его якобы спецслужбы грохнуть хотели… Ладно многочисленные юкосовцы, их Владимир Владимирович при каждом удобном случае поминает. А у вас все так… неубедительно... Да и правительство все время твердит: «понаехали… понаехали…» Будем, конечно, пробовать, но ничего не обещаем…» У господина Бородина два выхода: или отдать то, что заработано непосильным трудом, дай Бог, за треть цены, тогда, авось, через несколько лет будет шанс встать на накатанную колею Гуцериева — Чичваркина — Исмаилова, или ходить с волчьим билетом, обивая пороги Министерства иностранных дел и поддерживая британскую судебную систему крупными гонорарами. ... "
" ... При взгляде на десятитонную композицию сразу становится ясно, кто там хозяин: Сталин хмуро глядит в будущее, словно прозревая там Хиросиму, холодную войну, распад СССР и битву за Донбасс; Рузвельт и Черчилль выжидательно смотрят на Сталина. Фотографии с церемонии открытия монумента производят комичное впечатление: исполинские фигуры стоят не на кургане и не на постаменте, чего логично было бы ожидать от композиции такого масштаба, а на земле, и находящиеся рядом тов. Нарышкин и другие официальные лица кажутся пигмеями, которые робко жмутся к сталинскому сапогу. ... "