Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Весь опыт, который я получил от путешествия с семьей, я как раз и использовал для того, чтобы создать в своей гостинице подобие моего представления об идеальном отдыхе — чтобы был абсолютный комфорт и полный сервис. Самый маленький номер у нас — 100 кв. м, самый большой — 600 кв. м. Когда туда заходишь, чувствуешь себя как дома: муж знает, где его газета и диван, дети — где их комната. Многие заходят и говорят: «Ой, как у нас дома». Еще важный момент — это культурная программа. Продавать койки даже в красивых интерьерах уже никому не интересно, туризм, в принципе, меняется. Отель перестал быть местом, где можно только поспать и поесть. Вам же покажется странным просто приезжать в какую-то страну и уезжать, ничего про нее не узнав? Отдыха в чистом виде всем стало мало: хочется событий и культуры, узнавать что-то новое, а не просто лежать на пляже неделями. Именно поэтому мы ведем календарь событий: если гость приехал к нам, он обязательно узнает все о Коста-Брава, Пиренеях, Каталонии. Наши гости плавают среди морской травы и летают на воздушном шаре. ... "
" ... Впрочем, пришедшим в ОМС частникам и «молоко» достается «пониженной жирности». К тарифам ОМС городской бюджет доплачивает немалые суммы (41 млрд рублей в 2013 году и 37 млрд в 2014-м, сумма снижается из-за роста тарифов ОМС), которые идут не в Фонд обязательного медстрахования (ФОМС), а напрямую в государственные медучреждения. Их используют на повышение зарплаты персонала, иначе на нее уходило бы до 95% тарифа. «Частники» этой доплаты не получают. Они зарабатывают не на марже, объясняет Печатников, а на технологичности и обороте койки. Он имеет в виду, что кроме тарифов на конкретную услугу есть тарифы на так называемый законченный случай лечения. В Москве намеренно отвязали эти тарифы от срока, положенного по стандарту лечения, и если врачи считают, что больной выздоровел, его выписывают раньше «стандартного» срока, но больница получает полный тариф. ... "
" ... Нас ведут в мрачные примитивные бараки, где нам предстоит спать на многоярусных нарах, по шестеро на полке. Это облегчение — войти в уродливую комнату, потерять из виду бесконечно дымящуюся трубу. Капо, та девушка, которая сорвала у меня сережки, определяет нам койки и объясняет правила. Ночью выходить никому нельзя. Есть ведро — наш ночной туалет. Мы с Магдой пытаемся улечься с соседками на нашей полке на втором ярусе. Обнаруживаем, что будет больше места, если чередуются ноги и головы. И все равно никто не может перевернуться или улечься по-другому, не вытесняя кого-то еще. ... "
" ... Немного новостей с полей сражений. Пациенты поступают, пока что единицы тяжелых, много — среднетяжелых и легких пациентов с высоким подозрением. К счастью, тесты привезли и койки с изоляцией есть. Боюсь, ненадолго, и придется делать ковидные отделения. По моим ощущениям, больше пациентов в Бронксе и на севере Манхэттена, чем в Мидтауне и Бруклине, что в целом логично, учитывая кластер в Нью-Рошели. Основная проблема — защита персонала. Не хватает масок всех видов, защиты глаз, биокостюмов. И это практически повсеместно. Персонал напуган, многие сказываются больными, и все больше опасений, что не будет хватать медработников. ... "
" ... Я стоял неподвижно и краем глаза наблюдал за старшиной. Он лениво разглядывал койку. Склонясь над ней, проверял, как она заправлена. Затем переходил к подушке: ровно ли она лежит на одеяле? Наконец, лез в карман, доставал монетку и несколько раз подкидывал ее, чтобы я знал: начинается последний этап осмотра. При последнем подбрасывании монетка взлетала высоко в воздух, падала на матрас, слегка отскакивала и отлетала на несколько сантиметров от койки — достаточно высоко, чтобы старшина поймал ее в ладонь. ... "