Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Как часто бывает с меценатами, А’Лелия слышала не меньше критики, чем похвал. Ее обвиняли и в непреднамеренном расизме — мол, она больше заинтересована в том, чтобы показать своим белым друзьям «настоящих» негров, что приводило к досадным недоразумениям. Рассказывали о том, как хозяйка рассадила по отдельности белых и черных и в то время как первые пили дешевый самогонный джин, закусывая его жареной требухой, вторые поглощали шампанское и икру под любопытствующими взглядами белых «господ». Ряд богатых черных домов Гарлема не принимали приглашений А’Лелии, считая ее выскочкой с дурными манерами, «дочерью прачки». Другие не прощали ей того, что среди ее гостей было немало представителей гей-сообщества, особенно многочисленного в артистической тусовке. Надолго запомнившимся событием светской жизни Гарлема стала «свадьба за миллион долларов» в ноябре 1923 года, когда А’Лелия выдала замуж свою приемную дочь Мэй Уокер. Жадная до новых впечатлений, А’Лелия много путешествовала по миру, посетив основные европейские столицы, Иерусалим и даже добравшись до Аддис-Абебы, где ее принимала императрица Заудиту. ... "
" ... Но особенно удивительным «фридмановское» поведение российской элиты становится, если сравнивать его с манерами западных политиков и бюрократов. В развитых странах элита уже несколько десятилетий доказывает свою «избранность» не предметами роскоши, а, к примеру, суммами пожертвованными на благотворительность. Здесь и уже ставший классикой Билл Гейтс, и новое поколение американских бизнесменов в лице Илона Маска или Марка Цукерберга, и бьющий рекорды по близости к людям Барак Обама. ... "
" ... Подростка играет Семен Трескунов – актер уникальный. Я давно помню его лицо. В свои 16 он обрел редкостную фильмографию: в ней значится более тридцати работ. Раз уж я упомянул кинокритиков, то замечу, что в «Хорошем мальчике» он симпатичен мне еще и тем, что напоминает коллегу Антона Долина – но лет на двадцать моложе. Он и внешне слегка похож. И всеми своими манерами тоже: так же интеллигентен, так же четко артикулирует каждое слово, так же слегка презрителен (что на самом деле обманчиво) по отношению к окружающим. ... "
" ... Ярчайший образчик этого «научно-художественного», «докудраматического» метода Ключевского — полушуточное исследование «Евгений Онегин и его предки», с которым он выступил в Обществе любителей российской словесности в 1887 году, по случаю 50-летия смерти Пушкина. Вымышленная «реконструкция» родословной вымышленного героя в виде галереи исторических портретов его «предков»: «какого-нибудь Нелюб-Незлобина, сына такого-то», неграмотного провинциального дворянина второй половины XVII века; «меланхолического комиссара» петровской эпохи, ученого «по латиням» и заведующего снабжением солдат сапогами; по-заграничному образованного «навигатора», пытаного при Анне Иоанновне в застенках за «неосторожное слово про Бирона»; бравого екатерининского гвардейца, поверхностно увлеченного идеалами Просвещения и закончившего свою жизнь в русской глуши «вечно пасмурным брюзгой» с парижскими манерами — эта «реконструкция» Ключевского — это, сути, краткий очерк истории определенного социального слоя и тех «детских травм», которые сделали этот слой таким, каким он стал. Это и фельетон в духе раннего Чехова (тот в 1887 году как раз расцветал), и достойный поклон величественной тени Пушкина, и блистательное научно-популярное произведение. ... "