Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Важно отметить еще одну особенность ограниченной эффективности русского изобретательства. Оно — в силу конкретных природных, технологических и иных обстоятельств, а также с учетом особенностей русского менталитета — чаще всего не выходило за рамки конкретного рудника, завода, хотя его явная оригинальность отмечалась независимыми наблюдателями. Выдающийся изобретатель-гидротехник Козьма Фролов (1726–1800) прославился созданием в 1760 году самой производительной в то время золотопромывочной машины, но применение это изобретение находило лишь в специфических условиях конкретного Березовского золотоносного месторождения. Фролов также знаменит как изобретатель уникальных водоотливных установок, которые стали уснащать паровой машиной. Будучи переведен на Алтай, он механизировал весь процесс толчения и промывки руды Змеиногорского рудника, а на Вознесенской шахте построил подземную деривационную установку со «слоновым» колесом диаметром 18 м, способным поднимать воду с глубины 63 м (1783). Однако в других местах, на других рудниках и шахтах требовались иные технические решения и другие технические подходы, то есть нужно было новое изобретение. Нужно помнить, что в те времена были крайне расплывчатыми представления о патентовании и публикации открытий. Как отмечал Р. А. Бьюкенен, и в Англии того времени публикация патентов и распространение описаний, руководств было на самом примитивном уровне, «патент Севери от 1698 года был составлен так неясно и трактовался так широко, что он распространялся на совершенно отличный двигатель Ньюкомена. Абрахам Дерби, очевидно, не пытался опубликовать свое открытие от 1709 года, и поэтому технические плавки с применением кокса распространялись медленно вплоть до второй половины века. Многочисленные чертежи двигателя, выполненные Джеймсом Уаттом… не предназначались для общего использования». Перелом в патентовании происходит только к середине XIX века. С такой же индифферентностью относились и к изобретениям других. Так, на медали, отчеканенной в честь изобретения механиком Вяткиным паровой машины на Верхне-Исетском заводе в 1815 году, изображена машина… Уатта. Известно, что над созданием паровой машины в XVIII — начале XIX века работали тысячи изобретателей, но только единицам удалось преодолеть уровень «единственного экземпляра» и тиражировать их в товарном количестве. Таким изобретателем-коммерсантом был шотландский инженер Чарльз Гаскойн, прибывший в Россию в 1786 году с партией машин, во главе целой команды инженеров и механиков. Он провел кардинальное улучшение и модернизацию производства на Олонецких и Кронштадтских чугунолитейных заводах, а затем на Ижорских заводах. Его особой заслугой стало освоение залежей руд и угля в районе Луганска и строительство Луганского металлургического завода. ... "
" ... Владельцем новой точки был предприниматель и рыбак с большим опытом Сергей Бондаренко. Он окончил мореходку, служил на промысловых судах старшим механиком и помощником капитана. В 1990-е начал собственный бизнес: занимался грузоперевозками, рыбным промыслом и переработкой. В 2014-м Бондаренко поручил своему директору по развитию Полине Кировой создать фирменную сеть магазинов. «Летом 2014 года США объявили санкции, Бондаренко позвонил с Камчатки и сказал, что нам нужна своя розница», — вспоминает Полина Кирова, ныне совладелица компании «Рыбсеть». За месяц она нашла несколько хороших помещений под новые магазины с высоким трафиком. На тот момент у Борисика работало несколько десятков магазинов в Москве и Подмосковье, где продавались икра, рыбные консервы, свежемороженая рыба, морской гребешок, мясо краба. ... "
" ... Сыновья Одинцовой тоже пришли работать на ГЭС, старший сын — механиком транспортного участка в «РусГидро», младший — мастером в подрядной организации. ... "
" ... Так что отец снял крылья с самолета — он сам обслуживал свой самолет, был и пилотом, и механиком — и погрузил на грузовой корабль. На самом деле даже добраться из центра западной Канады до порта уже очень непросто. Это огромные усилия! Мы погрузились на грузовой корабль, ведь только на грузовом мы могли плыть с самолетом. И мы поплыли в Кейптаун. Когда я сейчас об этом думаю… мне и моей сестре-близняшке Кей было 2,5 года — сумасшествие! Мы же носились как угорелые и всюду лезли. Не представляю, как мама два месяца управлялась на корабле с двухлетними близнецами и еще двумя детьми, шести и восьми лет. Но она справилась. Мы приплыли в Кейптаун, отец прикрутил крылья обратно на самолет — и родители с нами четырьмя полетели в Йоханнесбург, папа хотел жить в глубине материка. ... "