Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Вторая причина более высокой доли женщин в образовании и социальной сфере заключается в идеологии государства «Диктатуры рабочего класса». После 1917 года рабочие и связанные с ними инженерные профессии были официально провозглашены «главными». Рабочий всегда имел более высокий доход, уровень жизни, чем сельский житель, работник колхоза или совхоза. Стать рабочим, а тем более инженером для вчерашнего сельского парня было вершиной мечты. Примерно как в 2000-е годы «уехать в Москву и работать в офисе». Таким образом, «настоящий мужик» шел на завод, в реальный сектор экономики. Оттуда же рекрутировали новые поколения чиновников для государственных и партийных органов. ... "
" ... Она мне очень симпатична. Я напомнил, что в свое время, когда мы снимали «Стиляг», она мне сильно помогла. У меня были странные отношения с Юрием Михайловичем (Лужковым, муж Елены Батуриной, тогда мэр Москвы — прим. Forbes) после скандала вокруг примуса на Патриарших. Помните, Рукавишников хотел поставить примус на Патриарших, вся Москва была против, но сорвать эту затею не удавалось. И в одно прекрасное утро Ксюха (Оксана Ярмольник, жена Леонида — прим. Forbes) меня вытолкнула из кровати и говорит: «Иди, делай что-нибудь, это же невозможно». А она болеет за Москву, коренная москвичка. И я в течение трех часов написал письмо Путину, в течение еще 40 минут обзвонил тех, кто как бы должен был его подписать, Пиотровского, Михалкова, Башмета — человек 15-20. Сел в машину и поехал в этот Рыбный переулок, в приемную, сдал письмо. И как в плохой кинокомедии там же в этом холле сел на лавочку. Подполковник или майор меня спрашивает: «Леонид Исаакович, а что вы здесь?» Ну а я говорю: «Как что?! Ответа жду». Он, надо отдать должное, улыбнулся. Я ему говорю: «Постарайтесь, это очень важно». Сел в машину, еду. Доехал от Рыбного переулка до Калининского проспекта, мне звонит мужик, соединяет с кем-то, он представляется: «Это Дмитрий Анатольевич Медведев». А он тогда в администрации работал. И говорит: «Леонид Исаакович, вы поймите нас правильно. Дело в том, что мы федеральная власть, а этот вопрос находится в компетенции муниципальной власти». А я без паузы: «Простите, вас как зовут?» — «Дмитрий Анатольевич». – «Дмитрий Анатольевич, через десять-пятнадцать лет будет не важно, какая власть. Будет важно, что сделали что-то невероятно ужасное. Поэтому единственное, о чем я вас прошу, довести мое письмо до сведения Владимира Владимировича, потому что он меня потом будет ругать, что я вовремя ему не сообщил». Это была пятница. А в субботу с восьми часов утра по всем каналам Лужков говорит, что, если москвичи не хотят, значит примуса не будет. Дошло, надо полагать, письмо до адресата. Ну а Юрий Михайлович потом, вероятно, выяснил, откуда ему прилетело. Ну так вот. Снимаем мы «Стиляг», и я никак не могу добиться от Москвы, чтобы нам дали пару ночей работать на Тверской с двух часов ночи до пяти. Ничто не помогает. Нет и нет. Я уж было подумал, может, эта история с примусом аукнулась. Тогда я позвонил Елене Батуриной, и она все решила за 15 минут. Практически благодаря ей мы сняли эту штуку, а «Стиляги» стали первым отечественным мюзиклом. Без помощи Лены это было бы невозможно. И вот как-то так, степ бай степ, я с ней и сейчас поговорил. Это же Тодоровский, это все равно останется навсегда, во всяком случае пока существует кино, и как-то она поддалась и была очень рада помочь, даже приезжала на площадку к нам на Мосфильм, часа на три, сидела у монитора. Она вообще увлекающийся человек. ... "
" ... Пенсионер Вяхирев, напротив, теперь далек от газпромовских дел. Он скромно живет в одном из коттеджных поселков по Киевскому шоссе. У него свое хозяйство: корова, овцы, куры и 17 пятнистых оленей — в память о годах, проведенных на севере. С журналистами Вяхирев не общается уже лет 10, но на просьбу поговорить об Усманове откликнулся. «Хороший мужик, иногда звонит, к праздникам всегда подарок посылает», — рассказывает Вяхирев о бывшем подчиненном. «Алишер появился в конце 1990-х, предложил свои услуги, и мы его взяли, — вспоминает он за чаем (три чашки из нового сервиза лопаются, как только помощница Вяхирева наливает в них кипяток. «Давай простые, рабоче-крестьянские», — ворчит он). — У него было что-то вроде металлургического холдинга, и он нам предложил поучаствовать. Времена были такие, что любой источник дохода обеспечивал жизнь, так что если бы были более дурные предложения, мы бы и их приняли». ... "
" ... Пенсионер Вяхирев, напротив, теперь далек от газпромовских дел. Он скромно проживает в одном из коттеджных поселков по Киевскому шоссе. У него свое хозяйство: корова, овцы, куры и 17 пятнистых оленей — в память о годах, проведенных на севере. С журналистами Вяхирев не общался уже лет десять, но на просьбу рассказать об Усманове откликнулся. «Хороший мужик, иногда звонит, к праздникам всегда подарок посылает», — рассказывает Вяхирев о бывшем подчиненном. «Алишер появился в конце 1990-х, предложил свои услуги, и мы его взяли», — вспоминает он за чаем (три чашки из нового сервиза лопаются, как только помощница Вяхирева наливает в них кипяток. «Давай простые, рабоче-крестьянские», — ворчит он). «У него было что-то вроде металлургического холдинга, и он нам предложил поучаствовать, сумел все объяснить по-человечески», — говорит Вяхирев. Усманов убеждал, что «Газпром» сможет поучаствовать в прибыли металлургов и глава концерна согласился: «Времена были такие, что любой дополнительный источник дохода обеспечивал жизнь, так что если бы были более дурные предложения, мы бы и их приняли». К тому же «Газпрому» нужно было «наладить производство труб, в Советском союзе трубопроводного хозяйства не было, а в конце 1990-х вообще ничего не стало — даже картошки, — вздыхает Вяхирев. — Мы людям на севере по полгода зарплату не платили». ... "
" ... Помню, в 1980-е годы я ходил в магазин за продуктами. Был дефицит. У меня семья, маленький ребенок. И вот в универсаме вывозят тележку с нарезанной «Докторской» колбасой. Кусков 20. И все бегут. И, если ты, интеллигентный очкарик, ждешь своей очереди, колбасы тебе не получить. И однажды случился со мной вот такой стыдный эпизод: какой-то здоровый мужик, отодвинув меня своим могучим плечом, выхватил последний кусок колбасы прямо у меня из-под носа. А я представил своего голодного ребенка, пустую тарелку за ужином, укоризненный взгляд жены, и понял: «Нет, не могу!». И ударил этого мужика по руке — оть! — сыр выпал, а я другой рукой его поймал. Меня же десять лет тренировали в школе самбо Харлампиева, как бороться, когда на тебя нападают с ножом. ... "