Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... В России нормативная база для регулирования лоббистских практик не разработана. «Нерегулируемый лоббизм увеличивает коррупционные риски», — подчеркнула Тельнова. ... "
" ... По сути, это новый вид транспорта. Испытания [технологии в ближайшие месяцы] будут доказательством того, что она работает. Мы в России инициировали создание рабочей группы на уровне Минтранса: помимо нас [группы «Сумма»] там и РЖД, и Таможенная служба, и другие субъекты. По консервативным оценкам, нормативная работа с регламентами, законами займет два года... Мы создали уже дорожную карту. Думаю, в ближайшее время мы проведем с коллегами из Минтранспорта встречу по этим вопросам. Даже Владимир Владимирович Путин на питерском форуме поддержал проект. Он, полагаю, понимает его ценность для России. Помните, два года назад он и Си Цзиньпин подписали документ сопряжения ЕАЭС и «Шелкового пути». Я полагаю, за этим скрываются долгосрочные планы. У России национальный интерес предполагает проход всех транзитов через ее территорию. И этот проект лежит в основе стратегии. ... "
" ... Я считаю, что это большущая серьезнейшая работа, в которую страна вошла лет десять назад, и кое-что уже сделано на сегодня. Все-таки слово «венчур» не вызывает немедленного расстрела на месте, слово «инновация» звучит, и даже звучит иногда словосочетание «прямые инвестиции». Хотя бы слова мы уже изучили, хотя бы институты развития у нас появились. Но, конечно, в стране инновационный бизнес не стал по-настоящему востребованным. Это значит, что нужен второй заход в тему — абсолютно стратегического свойства. Куда и как двигаться? Ну, это десяток направлений. Начнем с самого простого: корпоративное законодательство прежде всего. Мы закон об АО как написали 25 лет назад с двумя видами акций — обыкновенными и привилегированными — так он и живет. Слушайте, в мире в инновационной экономике десятки видов акций, гибко адаптирующиеся под запрос каждой группы акционеров. Мы живем в прошлом веке, потому что инновационная экономика требует (изменений закона об АО), а мы в эту сторону не смотрели. Очевидно, что нужен серьезный «апгрейд» Налогового кодекса. Очевидно, что нужно усиливать венчурную индустрию и с нуля создавать индустрию прямых инвестиций. Без индустрии прямых инвестиций вообще не может быть никакой инновационной экономики. Это та индустрия, где инвестиции осуществляются. Но она сегодня находится совсем на стадии зарождения. Я посмотрел цифры — индустрия прямых инвестиций в Мексике в 10 раз больше (чем в России), в Польше — в 13 раз больше, в Китае — в 23 раза больше, в Израиле — в 60 раз больше, в США — в 93 раза больше. Причем это удельные цифры: я убираю страновые размеры и сравниваю долю бизнеса в ВВП. Но у нас просто нет инвестиционной опоры: это законы, это нормативная база, это подзаконные акты. В эту сторону мы даже двигаться не начинали по-настоящему. ... "
" ... — Дело, вы знаете, до конца довести невозможно. Любая реформа – это не какое-то окончательное состояние, это всегда процесс, потому что как только ты закончил одну реформу, ты понимаешь, что тебе нужно сразу начинать другую, — весь мир находится в движении. Давайте посмотрим на результаты, хотя бы на темпы экономического роста, на то, что было сделано в начале двухтысячных. Ведь была перевернута практически вся нормативная база. Трудно назвать те сектора, которые не были реформированы, — начиная от законодательства о собственности, налогах, госрегулировании, законодательства о недрах, земле, о сельском хозяйстве. Были полностью изменены механизмы финансирования, ведения бизнеса в сельском хозяйстве. Сельское хозяйство всегда было социальной дотационной сферой. В результате тяжелейших реформ, которые в начале 2000-х годов осознанно были приняты президентом Путиным и целым рядом людей, в том числе Алексеем Гордеевым, министром сельского хозяйства тогда. Очень сложные решения были —перевернуть систему: от прямых субсидий перейти к коммерческим отношениям. ... "
" ... — Дело, вы знаете, до конца довести невозможно. Любая реформа – это не какое-то окончательное состояние, это всегда процесс, потому что, как только ты закончил одну реформу, ты понимаешь, что тебе нужно сразу начинать другую, — весь мир находится в движении. Давайте посмотрим на результаты, хотя бы на темпы экономического роста, на то, что было сделано в начале двухтысячных. Ведь была перевернута практически вся нормативная база. Трудно назвать те сектора, которые не были реформированы, начиная от законодательства о собственности, налогах, госрегулировании, законодательства о недрах, земле, о сельском хозяйстве. Были полностью изменены механизмы финансирования, ведения бизнеса в сельском хозяйстве. Сельское хозяйство всегда было социальной дотационной сферой. В результате тяжелейших реформ, которые в начале 2000-х годов осознанно были приняты президентом Путиным и целым рядом людей, в том числе Алексеем Гордеевым, министром сельского хозяйства тогда. Очень сложные решения были – перевернуть систему: от прямых субсидий перейти к коммерческим отношениям. Тогда мы с Алексеем говорили, что не собираемся сокращать дотации сельскому хозяйству, а хотим субсидировать процентные ставки. Иначе мы никогда не сможем научить крестьян заниматься бизнесом. А если крестьяне придут в банки, в тысячи банков, то банки скажут: дайте нам бизнес-план. Да, будет тяжело два-три года, но после этого произойдет сдвиг. Так и получилось. Сегодня сельское хозяйство — один из самых быстро растущих, коммерчески эффективных секторов экономики, обладающих огромным потенциалом. Именно в начале 2000-х годов, не раньше, были заложены основы этого нового сектора. Кроме того, в 2000-е годы мы существенно изменили почти все гражданское законодательство, налоговое законодательство, законодательство природопользования. Если бы мы продолжали такими же темпами, мы бы достигли сегодня принципиально иного состояния. Просто высокая цена на нефть и поток денег лишили нас первого двигателя реформ – страха. Любой реформой двигают страх и надежда. Страх в силу невозможности сохранять текущую ухудшающуюся ситуацию заставляет что-то делать, потому что есть надежда изменить ситуацию и попасть в те самые 30-40% успешных реформаторов. ... "