Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... В Китае, как правило, промышленные производства сконцентрированы по кластерному принципу. Занявшись поиском производителей печатной и канцелярской продукции, вы обнаружите, что большинство заводов по этой тематике находятся в уезде Цаннань города Вэньчжоу и в уезде Нинхай города Нинбо провинции Чжэцзян к югу от Шанхая. В районе Вэньчжоу Оухай производятся дверные замки, в уезде Пиньян — упаковочные пластиковые пакеты. Крупнейшее мировое производство обуви разбросано по нескольким уездам вокруг все того же Вэньчжоу. Перенесемся дальше на юг, где недалеко от Гонконга расположена провинция Гуандун. Если мы ищем производство светильников, то стоит посетить уезд Гучжэн города Чжуншань. В районе Хуаду на севере столицы провинции города Гуанчжоу мы обнаружим большую концентрацию автомобильных производств, а если проедем еще немного дальше на север, то очутимся в уезде Шилин — мировом центре производства сумок. И так далее. Учитывая размеры Китая, перечислять можно бесконечно. Обычно кластеры — это исторически сформировавшиеся центры, реже — специально созданные муниципальным или центральным правительством территории, на которых плотно расположены отраслевые производства, а также обеспечивающая их функционирование инфраструктура. ... "
" ... Несмотря на множество трудностей, Сколл не теряет оптимизма даже по поводу пандемии. Он согласен с тем, что по мере снятия в США карантинных ограничений число зараженных будет расти. Но миллиардер надеется, что этим летом какое-нибудь уже существующее лекарство докажет свою эффективность против COVID-19: «Надеюсь, что в ближайшие месяцы мы обнаружим уже имеющиеся решения. Я вижу к этому все предпосылки». ... "
" ... Однако в данном случае можно с уверенностью констатировать также вопиющий «дефицит любви», не говоря об элементарном уважении и признании. В одном из детективных сериалов несчастную героиню, и без того слегка тронутую актерской профессией, злодеи окончательно сводили с ума звонками с навязчиво повторяемой фразой: «Тебя никто не любит». С российским обществом 1990-х было нечто подобное. Если вспомнить типовые сюжеты, дискурс и тон социально-политической идентификации того времени, то мы обнаружим, во-первых, зубодробительную критику и уничижительную оценку всего происходящего, самой системы и всего социума со стороны оппозиции, а во-вторых — полную неспособность (и нежелание) новой власти и поддерживавшего ее интеллектуального сообщества нормально обращаться с этим «новорожденным» сознанием, понимать его слабую защищенность, естественные «детские» и недетские потребности адаптации. Общий эмоциональный фон того времени воспринимается сейчас как тотальный демотиватор. Говорящие головы (причем не только от оппозиции) будто компенсировали годы и десятилетия униженного молчания, а потому в отношении и нового режима, и всего происходящего «оттягивались в полный рост», соревнуясь в резкости оценок и формулировок. Сейчас полезно вспомнить, что термины «фашизм», «оккупационный режим», «государственный бандитизм» и пр., включая «иностранных наемников», изначально появились в нашей политической лексике применительно не к нынешней Украине, а к режиму Ельцина, причем на ранней стадии, почти сразу. Можно по-разному оценивать восприятие этой ситуации во власти и в политике реформаторов с их условной, почти иносказательной субъектностью, но можно со всеми основаниями предположить, как все это явно и подспудно давило на психику населения. ... "
" ... Уже 10 лет назад, когда отмечали очередной юбилей перестройки, у многих возникал вопрос: «Почему не получилось?» Но моя позиция и тогда была и сейчас остается нетипичной. Я-то считаю, что все получилось. Просто все! Вопрос — чего хотели? Есть представление о том, что перестройка и последующие события были либеральной революцией, которые должны были привести к утверждению демократии, свободной конкуренции, интеграции в европейские структуры и созданию демократического союза сильных государств. А мне-то кажется, что природа этой революции была другая. Это была антидефицитная революция, потому что если мы посмотрим на жизнь в СССР конца 1970-х или середины 1980-х, то никакого людоедства особого не обнаружим. Не было обрушения «тиранического режима», как в Румынии. Проблема была в другом. ... "