Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Возвращаясь к теме упрощенчества, которым грешит сериал с его идеализированным Берлином и демонизированным Бруклином, надо отметить неназванного героя, который больше всего страдает от этой бинарности. Это иудаизм. Иудаизм здесь подается в пакете с ультраортодоксией: если иудаизм, то бесправие, одиночество, психологическое насилие, и наоборот — если Берлин, друзья и музыка, то сразу сэндвич с ветчиной. Разумеется, в действительности это не так: есть широкий спектр деноминаций, позволяющих исповедовать иудаизм совершенно иначе, чем в Уильямсбурге. И поскольку сериал не является экранизацией книги Деборы Фельдман (а лишь воспроизводит первую, бруклинскую, часть ее истории), можно представить ему плодотворное продолжение, которое бы показывало дальнейшее личностное развитие Янки, мужа главной героини. Сын доминантной матери и типичный продукт своей среды, Янки претерпевает некоторую эволюцию вследствие травмы ухода жены и своих новых контактов в Берлине. С одной стороны, он принимает мысль, что должен доставлять жене удовольствие, а не просто запускать репродуктивный механизм, с другой — теща бросает ему упрек в «монополизации Бога», подразумевающий, что в Него верят и за пределами сатмарской общины. В результате он «готов тоже измениться» и со слезами отстригает свои пейсы, но Эсти не принимает его жертву. У сериала открытый финал: Эсти выиграла лишь первый раунд, но грядет второй. В будущем, как грозится мерзавец Мойше, они вернутся, чтобы отнять у нее ребенка, — и вот тут у Янки есть прекрасная возможность по-настоящему измениться: уйти из общины, тем самым лишив ее возможности отсудить у Эсти ребенка, и постараться воссоединиться с женой в Берлине, не оставляя при этом религиозный образ жизни: ультраортодоксальный — да, но не религиозный. ... "
" ... Летняя резиденция Иосипа Броза Тито на идиллическом хорватском острове Бриони — это всего лишь одна из его 33 личных резиденций. Но вилла в Бриони любимая. Здесь он прожил с 1947 по 1979 год. Здесь стояла его огромная яхта «Чайка». Здесь он принимал гостей: от Брежнева и Терешковой до Софи Лорен и Эйзенхауэра. Последний подарил Тито роскошный изумрудный кадиллак, на котором и сегодня катают гостей. Но уже за деньги. Деньги и бескомпромиссная капиталистическая роскошь — тайная страсть лидера коммунистической Югославии и его четвертой жены Йованки. На острове было все, что должно быть у диктатора, живущего на широкую ногу. Включая зоопарк. Лидеры братских стран знали о слабости Тито к экзотическим животным и дарили жирафов, ягуаров и слонов. Например, индийского слона привез ему Ганди. Слоны умирали — их чучела выставляли в интерьерах виллы. Сейчас чучелами животных внутри диорам, изображающих африканскую саванну или долину реки Амазонки, заполнены 19 комнат. С 1986 года наследники Тито пытаются отсудить у государства хоть какую-то собственность из четырех списков, в которых после смерти было отмечено все его имущество. Процесс оживился, когда выяснилось, что в четвертом, засекреченном, списке находились драгоценности королевской семьи Карагеоргиевичей. Их обнаружили в личном сейфе президента Югославии. Но пока государство не обещает наследникам абсолютно ничего, даже бесплатных билетов в музей. ... "
" ... Официально за судейство матчей чемпионата России главные арбитры получают в районе $3000. Если отсудить два-три тура в месяц, получается очень неплохая зарплата. Тем более что вообще-то официально они считаются любителями, то есть судейство как бы не является их профессией. Но… в общем, это правда. Во всяком случае, судейские гонорары совершенно точно не являются их основным доходом. Гораздо большие суммы можно «заработать» на том же самом футбольном поле — только неофициально. ... "
" ... Очевидно, что всю сумму долга «Газпром» отсудить не сможет. ... "
" ... Судьба собрания МКСХ сложилась на удивление счастливо. На рубеже 1990-х большинство республиканских союзов художников потеряли контроль над своими коллекциями. Работы уходили за бесценок, перепродавались, вывозились за рубеж. Фаткулин признается, что первые десять лет занимался тем, что участвовал в судебных процессах вокруг творческого наследия. Чтобы лично во всем разбираться, он поступил на юридический факультет Академии государственной службы и защитил диссертацию по правам собственности общественных организаций. «Было много покушений на коллекцию, претензии организаций и лиц, предложения различного рода, от которых трудно было отказываться, но мы все это пережили», — вспоминает он. Предъявляли претензии и авторы работ, заявляя, что они якобы были отданы безвозмездно. Однако, уверяет Фаткулин, все споры удалось разрешить — в конфедерации хранятся документы, подтверждающие факт совершения покупки. «Ни разу никому не удалось у нас что-либо отсудить», — уверяет он. ... "