Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Важно отметить еще одну особенность ограниченной эффективности русского изобретательства. Оно — в силу конкретных природных, технологических и иных обстоятельств, а также с учетом особенностей русского менталитета — чаще всего не выходило за рамки конкретного рудника, завода, хотя его явная оригинальность отмечалась независимыми наблюдателями. Выдающийся изобретатель-гидротехник Козьма Фролов (1726–1800) прославился созданием в 1760 году самой производительной в то время золотопромывочной машины, но применение это изобретение находило лишь в специфических условиях конкретного Березовского золотоносного месторождения. Фролов также знаменит как изобретатель уникальных водоотливных установок, которые стали уснащать паровой машиной. Будучи переведен на Алтай, он механизировал весь процесс толчения и промывки руды Змеиногорского рудника, а на Вознесенской шахте построил подземную деривационную установку со «слоновым» колесом диаметром 18 м, способным поднимать воду с глубины 63 м (1783). Однако в других местах, на других рудниках и шахтах требовались иные технические решения и другие технические подходы, то есть нужно было новое изобретение. Нужно помнить, что в те времена были крайне расплывчатыми представления о патентовании и публикации открытий. Как отмечал Р. А. Бьюкенен, и в Англии того времени публикация патентов и распространение описаний, руководств было на самом примитивном уровне, «патент Севери от 1698 года был составлен так неясно и трактовался так широко, что он распространялся на совершенно отличный двигатель Ньюкомена. Абрахам Дерби, очевидно, не пытался опубликовать свое открытие от 1709 года, и поэтому технические плавки с применением кокса распространялись медленно вплоть до второй половины века. Многочисленные чертежи двигателя, выполненные Джеймсом Уаттом… не предназначались для общего использования». Перелом в патентовании происходит только к середине XIX века. С такой же индифферентностью относились и к изобретениям других. Так, на медали, отчеканенной в честь изобретения механиком Вяткиным паровой машины на Верхне-Исетском заводе в 1815 году, изображена машина… Уатта. Известно, что над созданием паровой машины в XVIII — начале XIX века работали тысячи изобретателей, но только единицам удалось преодолеть уровень «единственного экземпляра» и тиражировать их в товарном количестве. Таким изобретателем-коммерсантом был шотландский инженер Чарльз Гаскойн, прибывший в Россию в 1786 году с партией машин, во главе целой команды инженеров и механиков. Он провел кардинальное улучшение и модернизацию производства на Олонецких и Кронштадтских чугунолитейных заводах, а затем на Ижорских заводах. Его особой заслугой стало освоение залежей руд и угля в районе Луганска и строительство Луганского металлургического завода. ... "
" ... Если нарциссизм неполноценности ищет и находит выход в идеализации истории, как в идеализации родительского начала в архаических, доэдиповых организациях психики, свойственных ребёнку примерно до полугода, то этот «возрастной ценз» применительно к политике надо воспринимать буквально и со всей серьезностью: именно на таком крайне примитивном и архаическом этапе развития находится психика нашей крайне инфантильной пропаганды и заведённой ею массы. Плюс работа идеологии уровня дошкольного и детского возраста, адаптированная для взрослых и взрослым населением со вкусом употребляемая. ... "
" ... Раскопки на Русском Севере, проведенные в конце 80-х — начале 90-х годов прошлого века, открыли удивительную картину. Уровень потребления в древнерусских селах, удаленных за сотни и тысячи километров от крупных городских центров, был необычно высоким и не соответствовал традиционным представлениям о примитивном быте средневекового крестьянина. В неказистых с виду избушках водились серебряные монеты — арабские дирхемы и западные денарии, предметы снаряжения всадника и коня, замки и ключи — словом, было что и где запирать. Мужики из «медвежьих углов» носили с собой гирьки и весы, на которых взвешивали золото и серебро, поступавшие в обмен на меха. Они приобретали те же орудия труда и предметы обихода, что и зажиточные горожане Киева, Чернигова или Новгорода; носили изящные кресты-тельники, их жены щеголяли в стеклянных браслетах, перстнях и прочем дамском убранстве — культурный слой древнерусских северных селищ содержит сотни украшений из бронзы и серебра. Освоившиеся на Севере поселенцы пили византийское вино из византийских же стеклянных бокалов. ... "