Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Великая княгиня Елена Павловна была истинной королевой своего салона. Гости отмечали глубокий ум, необыкновенное обаяние и такт хозяйки, ее умение беседовать с гостями «по приличности каждого». Иван Тургенев писал о своей первой встрече с Еленой Павловной: «Она женщина умная, очень любопытствующая и умеющая расспрашивать и — не стеснять. На конце каждого ее слова сидит как бы штопор — она все пробки из вас вытаскивает». В ней замечали и знание людей, и большую, разнообразную образованность. Как писал либеральный правовед Борис Чичерин, «она много читала и умела ценить всякую книгу. Сила и возвышенность мысли и разнообразные оттенки чувства были ей равно доступны. Чуждая философским вопросам, она с участием следила за чисто логической аргументациею. Но особенно развит у нее был эстетический вкус. Все отрасли искусства: музыка, живопись, ваяние, поэзия были ей понятны не только внешнею, но преимущественно внутренней своею стороною». Елена Павловна принимала Пушкина, разговаривала с ним о Пугачеве, и он даже давал хозяйке почитать тогдашний самиздат — запрещенные «Записки» Екатерины II. Дружила она и с Василием Жуковским, Федором Тютчевым, но особенно увлечена была прозой Гоголя — а это уж явное свидетельство неординарности этой женщины. Только благодаря ее усилиям увидело свет первое собрание сочинений великого писателя. Елена Павловна славилась как меценат. Хорошо разбираясь в живописи, она помогала художникам Александру Иванову, Карлу Брюллову, Ивану Айвазовскому. Кроме писателей сюда приходили ученые (Николай Миклухо-Маклай посвятил ей свои исследования о Новой Гвинее). ... "
" ... О цензуре не может быть и речи. Есть понимание, что русская культура — это часть православной культуры. Эта связь двух понятий очевидна. Просто надо быть трезвым и честным, чтоб ее ощутить. Я помню, я же учился в советское время, как читал Достоевского, не понимая многих слов. Слов, которые он употреблял. Например, какой-нибудь «стихарь» — это про стихи, что ли? Я не знал, что это облачение. Вот и все. И Гоголя. И Пушкина так читали. Они — православные мыслители и православные литераторы. Если говорить о позднем Пушкине — это очевидно. Именно православные, не христианские. А без этого как можно понять тексты? Мы ставим просто лучшее из русской литературы, и естественным образом она оказывается православной литературой. Как и в случае с романом Евгения Водолазкина «Лавр» или с прозой Алексея Варламова. Это выдающиеся вещи, они написаны православными людьми. И я не буду углубляться в подробности воцерковленности Прилепина, но если вы читали роман «Обитель», вы понимаете, что он православный писатель. С Алексеем Ивановым мы сейчас переписываемся, хотим его поставить. ... "
" ... Что ж, как писал Саша Соколов в «Школе для дураков», «пришли те, кто пришли». Но страна удивительным образом стоит, хотя и потрескивая от искр, пересекающих ее плоть. В ней живут живые люди, и как ни травят рыночную экономику, она, родимая, работает, и спасает правителей от народного гнева. Как герой Мольера не знал, что он разговаривает прозой, средний житель России не дает себе труда подумать, что он живет в реальности, созданной Ельциным — в хорошем или плохом смыслах. ... "