Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... «Неспокойный и могущественный континент» — хочется надеяться, что вновь наблюдаемая в Европе нестабильность останется поверхностной по сравнению с противоречиями и конфликтами, которыми было отмечено ее прошлое. Союз все еще может захромать, а то и вовсе распасться в результате цепной реакции событий, с которыми его члены окажутся не в состоянии совладать. Необходимый переход к более интегрированной и демократической системе может оказаться невозможным с политической точки зрения. Однако более сплоченный Евросоюз мог бы стать державой мирового уровня. Это именно та цель, к достижению которой должны сегодня активно стремиться его сторонники. У ЕС есть шанс не только сделать шаг вперед, но и избавиться от некоторых своих исторических недостатков и противоречий. «Вот почему я говорю вам: да воскреснет Европа!» — но этим словам Черчилля уже 70 лет, они все еще способны вдохновлять. ... "
" ... В прошлом году на Букере роман Ханьи Янагихары назвали вторым, и это тот случай, когда серебряная медаль сделана из чистого золота. «Маленькая жизнь» - большой, умный, сложный и совершенно уникальный роман, в котором жизнь со всеми своими противоречиями описана без лишнего пафоса или надрывного мелодраматизма. Возможно, возьми Янагихара за основу женскую дружбу, такого ошеломляющего эффекта не получилось бы, но роман выстроен вокруг судеб четырех друзей, которые не особенно-то умеют выражать свои эмоции и чувства. И в этом молчании, в невысказанных переживаниях скрыта невероятная сила, которая обрушивается на читателя, как только он ближе знакомится с прошлым и настоящим Джуда, юриста и математика, и его друзей — архитектора Малкольма, начинающего актера Виллема и художника Джея-Би. На прочную нить мужской дружбы Янагихара нанизывает не только творчество, мечты и поиски себя, но и детские травмы, рухнувшие надежды, насилие и боль. Чтение “Маленькой жизни” временами становится мучительным и невыносимым, как страдания Джуда, но их точно так же нельзя избежать или облегчить, только пережить, пропустив через себя. Этот роман лишает сна и покоя - Янагихара очищает читателя как луковицу, слой за слоем, заставляя быть предельно честным с собой. В намеренно герметичном пространстве романа, слегка напоминающем сказочное, где нет очевидных указаний на время и связей с внешним миром, маленькая частная человеческая жизнь остается единственной ценностью. И во время чтения не раз ловишь себя на том, что готов снова и снова идти вслед за автором ради этого практически осязаемого ощущения хрупкости и полноты жизни. ... "
" ... Если вернуться к отмененной управленческой схеме Екатеринбурга, то данный вариант с избираемым главой гордумы и назначаемым главой администрации изначально чреват противоречиями. Получается, что депутатам навязывается председатель — вопреки конкретному политическому и партийному раскладу. При этом собственно жителям, своим избирателям, он помочь мало чем может. В Туле, например, в 2005-2009 годах существовал именно такой расклад, и в результате избранный мэр города — старый советский хозяйственник — занимался канализацией и мусором вопреки своему функционалу. Поэтому там тоже от этой схемы отказались. ... "
" ... Получилось же, во-первых, юридически криво, что не просто подрывает доверие к конституции как к правовому акту, но и ослабляет правовую легитимность режима. Ни одна власть не пойдет добровольно на снижение уровня собственной легитимности. Во-вторых, это было сделано противоречиво и небрежно, что фактически уничтожает уважение к конституции как к символическому тексту. Мы получили текст с тавтологическими и неуклюжими формулировками; с положениями, вызывающими значимое общественное неприятие (упоминание бога, СССР, и т. д.); с внутренними противоречиями c первой и второй главами, которые трогать нельзя, и изувеченными статьями других глав. ... "
" ... Правда, все — и сторонники нынешнего антимонопольного законодательства, и его противники — не подвергают сомнению, что юридический заслон монополизму должен быть воздвигнут. Если же говорить о том, который уже воздвигнут, то сложно оспорить четыре главных урока из прежнего законодательства. Оно 1) изобиловало противоречиями, не в полной мере устраненными даже последующими уточнениями и поправками; 2) действовало спорадически и избирательно; 3) в значительной мере следовало политической моде; 4) часто приводило к результатам, противоположным ожидаемым. ... "