Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Великая княгиня Елена Павловна была истинной королевой своего салона. Гости отмечали глубокий ум, необыкновенное обаяние и такт хозяйки, ее умение беседовать с гостями «по приличности каждого». Иван Тургенев писал о своей первой встрече с Еленой Павловной: «Она женщина умная, очень любопытствующая и умеющая расспрашивать и — не стеснять. На конце каждого ее слова сидит как бы штопор — она все пробки из вас вытаскивает». В ней замечали и знание людей, и большую, разнообразную образованность. Как писал либеральный правовед Борис Чичерин, «она много читала и умела ценить всякую книгу. Сила и возвышенность мысли и разнообразные оттенки чувства были ей равно доступны. Чуждая философским вопросам, она с участием следила за чисто логической аргументациею. Но особенно развит у нее был эстетический вкус. Все отрасли искусства: музыка, живопись, ваяние, поэзия были ей понятны не только внешнею, но преимущественно внутренней своею стороною». Елена Павловна принимала Пушкина, разговаривала с ним о Пугачеве, и он даже давал хозяйке почитать тогдашний самиздат — запрещенные «Записки» Екатерины II. Дружила она и с Василием Жуковским, Федором Тютчевым, но особенно увлечена была прозой Гоголя — а это уж явное свидетельство неординарности этой женщины. Только благодаря ее усилиям увидело свет первое собрание сочинений великого писателя. Елена Павловна славилась как меценат. Хорошо разбираясь в живописи, она помогала художникам Александру Иванову, Карлу Брюллову, Ивану Айвазовскому. Кроме писателей сюда приходили ученые (Николай Миклухо-Маклай посвятил ей свои исследования о Новой Гвинее). ... "
" ... И вроде уже что-то получалось, как вдруг — бац! — операция, потом опять, внеплановая. И все с нуля. На несколько недель выбываешь из строя, и мышцы забывают все, чему заново научились. Я на месяц ушла в себя. Не разговаривала с врачами, отвечала на все вопросы «I don’t understand», отворачивалась. Не мыла голову, ничего не хотела, тупо смотрела сериалы, даже в соцсети не заходила. И тут на помощь пришли психологи. Раньше я, как многие, наверное, считала, что психолог — это психиатр и мне он не нужен. А сейчас знаю, что невозможно поделиться всей болью с родными или друзьями. А психолог помогает выговориться. Он нейтрален, ему неважно, кто ты. ... "
" ... Карлсон не просто пытался сделать вид, что все в порядке. Он чувствовал, что таким неуклюжим способом смог привлечь всеобщее внимание к достижению, которое этого заслуживало. Во время моих бесед с Карлсоном он ни разу не выказал раздражения по отношению к Перельману. Это выделяет его среди других математиков, с которыми я разговаривала. В отличие от Кляйнера, например, профессиональное самолюбие Карлсона из-за победы Перельмана не страдало. В отличие от Тяня Карлсон не чувствовал себя обойденным вниманием Перельмана. Карлсон не понимал Перельмана и не пытался это сделать. Все, что он чувствовал к нему, — уважение. ... "
" ... Ломаццо родилась в апреле 1991 года в канадском Виндзоре и выросла в расположенном неподалеку городе Амерстберг. Именно оттуда она часто ездила с друзьями в Детройт, чтобы посмотреть домашние игры баскетбольного клуба «Пистонс». Ее отец был компьютерным инженером, а мать — защитницей прав трудящихся. Воспитанием Ломаццо занималась бабушка, которая разговаривала только по-итальянски. ... "
" ... Они как раз и являются группой риска, как нам объяснили. Хотя, как говорят последние данные, в группе риска может любой оказаться. У них, понятно, иммунитет ниже, сил меньше и болезней хронических больше. С ними все просто и понятно: они не выходят на улицу, получают все извне — продукты, предметы, которые им нужны, лекарства — бесконтактной доставкой и спокойно умирают от старости в 120 лет. Если они нарушать начнут, попадут реально в группу риска. Поэтому не очень понятно, из-за чего они должны нервничать, если у них все такое стабильное, и, сидя в четырех стенах, они не подвергают себя заражениям, не гуляют по улицам и так далее. Их надо поддержать, с ними надо разговаривать, им надо звонить, с ними нужно общаться. Опять же, когда родитель разговаривает с ребенком, даже взрослый родитель, я имею в виду матери 75 лет, а дочери — 40, ей тоже важно, чтобы дочь с ней спокойно разговаривала, не истерила, тогда мать-старушка успокоится. ... "