Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Государством управлял Верховный тайный совет из восьми человек (четверо князей Долгоруких, двое Голицыных, канцлер Гавриил Головкин и Андрей Остерман). Этот совет постановил предложить корону герцогине Курляндской Анне Иоанновне, дочери Ивана V, сводного брата и формального соправителя Петра I. Причем Анне поставили ряд условий (соответствующий документ так и назывался — «Кондиции»): без согласия совета не начинать войн и не заключать мира; не вводить новых податей; не жаловать никого высшими чинами; не раздавать вотчин и деревень; не лишать дворян жизни, чести и имения без суда; кроме того, Верховный тайный совет оставлял за собой распоряжение государственной казной. И главное: императрице запрещалось выходить замуж и назначать наследника престола. Фактически речь шла об ограничении самодержавия олигархией «верховников». Понятно, почему совет предпочел Анну Елизавете: своенравной 19-летней дочке Петра, и после смерти сохранившего громадную популярность у дворянства, еще поди поставь какие-то «кондиции». Анне же было уже под сорок, корона Российской империи была для нее потрясающим подарком судьбы, и «верховники» были уверены в ее сговорчивости. ... "
" ... За это время Милюков сделал головокружительную политическую карьеру: он был одним из самых ярких депутатов Государственной думы, обличителем бездарности и беспомощности царского правительства во время Первой мировой войны, после свержения самодержавия в феврале 1917 года — вдохновителем создания Временного правительства и первым министром иностранных дел в нем. Есть некоторые основания его же считать виновником провала Временного правительства: 18 апреля он отправил правительствам Великобритании и Франции ноту с заверениями, что Россия, несмотря на революцию, сохраняет верность союзническому долгу и продолжит воевать с Германией в составе Антанты. Усталость от бессмысленной бойни, каковой была Первая мировая война, была едва ли не главной причиной революции, и позиция Милюкова, мягко говоря, не пользовалась широкой народной поддержкой. Начались уличные протесты. С тех пор Временное правительство теряло доверие буквально день ото дня, и отставка Милюкова лишь ненадолго поправила дело. ... "
" ... Известно, что проект Сперанского Александру изначально нравился, а «Записка» Карамзина изначально не нравилась. Однако рассуждения Сперанского основывались на отвлеченной европейской политической философии, тогда как рассуждения Карамзина — на конкретном материале национальной истории. А главное, в характере императора и в его мировоззрении происходили постепенные изменения: он охладевал к идеалам Просвещения и все больше входил во вкус неограниченного самодержавия. Плюс к тому, придворные то и дело доносили ему о дерзких отзывах о нем Сперанского. В марте 1812 года, спустя год после подачи Александру «Записки» (хотя едва ли именно она стала тут решающим фактором), Сперанский был отстранен от дел и выслан из столицы. Карамзин же из советчика превратился в советника: в 1816 году император переселил его из Остафьева поближе к себе, в Царское село (тут его посещали юные лицеисты, благоговейно трепеща перед своим литературным кумиром), стал все чаще интересоваться его мнением, и к концу правления Александра историограф стал при дворе человеком если не влиятельным, то уважаемым. По утрам он подолгу гулял и беседовал с императором, вечерами ужинал у императрицы Елизаветы Алексеевны, нелюбимой жены Александра. ... "
" ... Он утверждал, что неограниченность самодержавия «отняла всю смелость подданных изъяснять свои мысли, и вельможи учинились не советниками, но дакальщиками государевыми и его любимцев». Место добросовестных патриотов во власти заняли льстецы и корыстолюбцы, чье общество было более приятно государыне. Саму Екатерину Щербатов в этом сочинении разве что шлюхой не обзывал. Скандальный памфлет ходил в России по рукам в списках (рукописных копиях), а типографским способом был впервые издан лишь в 1858 году — да и то Александром Герценом в его лондонском «тамиздате». ... "
" ... Пушнина и икра — рынки маленькие, да и запасы оскудели. Вопрос самодержавия в России стал слишком актуальным, чтобы придавать ему коммерческую окраску. Остается водка. Потеря Россией в конце XX века первого места в ее производстве — не крупнейшая геополитическая катастрофа этого богатого на несчастья века, но обидная. ... "