Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Зачем брать деньги у инвестора, если можно взять у клиента? Если продукт самодостаточен, бизнес вырастет и без внешней поддержки. А если нет — ему и инвесторские деньги не помогут. Начинающие предприниматели делятся на две категории. Первые хотят получить инвестиции. Вторые — сделать продукт. Это две разные стратегии. Не хорошие, не плохие, просто разные. Первые, придумав идею, тут же начинают искать под нее деньги, чтобы с их помощью сделать продукт. Вторые — вкладывают все, что у них есть, в продукт, запускают продажи, потом все средства от продажи пускают на развитие продукта, а уже потом задумываются об инвестициях. Да, единороги чаще вырастают из первых, но многие из них так и не становятся прибыльными. Их инвесторы постоянно перепродают компанию, пока лотерея на ком-то не прерывается. В какой момент это произойдет — предугадать сложно. Все это понимают, но продолжают играть. Мне ближе другая стратегия — делать продукт, и не с перспективой на продажу, а такой, который начнет продаваться сразу. Когда мы делали проект с платежными терминалами, нам тожепредлагали инвестиции. Мы подумали и решили не брать —не было особой нужды. Во-первых, рынок в тот момент не «съел» бы в 10 раз больше новых терминалов, а во-вторых, как показало дальнейшее развитие событий, повышать капитализацию и уменьшать долю было нецелесообразно. Компания Qiwi, купившая наш бизнес, вряд ли приобрела его, если бы он стоил в три раза дороже. А если бы и приобрела, я бы все равно не получил больше прибыли, так как мой процент от продаж тоже уменьшился бы ровно в три раза. ... "
" ... Солженицын был вполне самодостаточен как писатель, и в таковом качестве он вполне занял бы навсегда место в мировой литературе. Но судьба его сложилась так, что он сыграл вопреки своему желанию важнейшую роль в общественной жизни, став одной из крупнейших фигур XX века. Поединок писателя с тоталитарным государством завершился его безоговорочной победой. Но триумфальное возвращение не радовало совестливого пророка, повторявшего, что Россия переживает период очередной Смуты — то, чего не понимало растерявшееся и обманутое большинство соотечественников. Парадоксального в его жизни было много, и одним из последних парадоксов стало его взаимодействие с президентом Путиным, бывшим чекистом. Последний приходил к Солженицыну за советом и ободрением — тот уровень признания, которого не достиг Лев Толстой. И это тоже стало победой писателя. ... "
" ... То, что казалось сильной метафорой, высказыванием художника на тему российской власти, обернулась руинами повседневности, которые москвичи увидели наутро возле своих домов. Левиафан явил мощь во всей своей полноте, ибо чистое явление силы – это признак абсолютного суверенитета, как его и понимал Томас Гоббс в своем классическом трактате XVII века и как развил это понятие в ХХ веке Карл Шмитт в своих работах о «чрезвычайном положении». Суверену не нужны ни логические, ни юридические обоснования, он самодостаточен в своем праве на применение силы, он реализуется в перформативных актах насилия, которые не имеют никакого иного смысла, кроме утверждения самого этого суверенитета. Иными словами, суверенитет – это короткое замыкание силы, которая бесцельна и потому абсолютна. ... "