Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... «В его сознании скандалы с участием священнослужителей были чудовищными. У него в голове не укладывалось, как священник может притронуться к маленькому мальчику, — сказал Хоровиц. — Он совершенно не задумывался о том, в чем обвиняли его самого». ... "
" ... В то же время протодиакон Андрей Кураев призвал церковь простить участниц панк-молебна «Богородица, Путина прогони», назвав произошедшее «законным безобразием». В своей статье в «Новой газете» православный священник Алеша Белочкин написал, что считает «панк-молебен» проявлением почитаемого в православии юродства с точки зрения формы и молитвой по содержанию. ... "
" ... Десять минут за двенадцать букв. А если еще десять, могла бы она попросить его прибавить «дочери моей»? Она тогда не решилась спросить и до сих пор мучилась сознанием того, что это было вполне возможно — что за двадцать минут или, скажем, за полчаса она могла бы расплатиться за все те слова, что священник произнес на похоронах (да только это, собственно, и можно было сказать), и резчик вырезал бы их на том камне, который она выбрала в качестве надгробия: «Возлюбленной дочери моей». Но она уплатила — так уж договорилась — всего лишь за одно слово, самое главное. Она думала, этого достаточно, отдаваясь резчику среди каменных глыб, а его молодой сын следил за нею, и на лице его было написано затаенное вожделение и застарелая злость. Да, этого слова, конечно же, было достаточно. Достаточно, чтобы ответить еще одному священнику, еще одному аболиционисту, и целому городу, исполненному отвращения к ней. Рассчитывая обрести душевный покой, она совсем позабыла о другой душе, душе ее малышки-дочери. Кто бы мог подумать, что в такой крохе может таиться столько злобы? Нет, отдаться среди будущих надгробий резчику под злобно-голодными взглядами его сына было мало. И она должна была еще прожить долгие годы в доме, находящемся в полной власти духа, духа ребенка, которому перерезали горло и который ей этого не простил; и все же те десять минут, когда она стояла, широко расставив ноги и прижавшись спиной к камню цвета зари, сверкавшему яркими блестками, показались ей длиннее целой жизни; они были точно наполнены живой кровью, еще более горячей, чем та, что лилась из раны на шее ее девочки, и руки у нее были в этой крови, густой, как масло, и липкой. ... "
" ... Директор Лейксайда позвонил Гейтсам домой, родители позвали Билла в свою комнату и сообщили скорбную новость. Похоронную службу провел Роберт Фулгам, священник унитарианской церкви, как и отец Эванса. Фулгам преподавал в Лейксайде искусства, а позднее стал популярным писателем, издав, например, книгу “Все важное для жизни я узнал в детском саду”. Гейтс признается, что до этого момента не думал о смерти: “Во время службы я должен был произнести речь, но я просто не смог встать на ноги, я две недели вообще ничего не мог делать”. После этого он много времени проводил с родителями Эванса, для которых “Кент был центром Вселенной”. ... "
" ... — На свете есть три профессии, в которых долг превыше всех обстоятельств: священник, врач и журналист. ... "