Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... И он был значительно более меня интегрирован в советскую жизнь. Он был интровертом, но умел заставить себя строить отношения, умел выпить. Одна из вещей, которая меня поразила, — он легко мог выпить бутылку водки. Такое мужицкое крепкое начало. Однажды мы поехали за город к одному из наших коллег разбирать сгоревшую дачу. Такой мужской коллектив, мужская среда с водкой, с огурцами солеными после рабочего дня. Мне тогда было нелегко общаться с малознакомыми людьми, а у него было умение и понимание, как это надо делать, общаться номенклатурно, что ли, у него был правильный тон разговора. Я собирался строить научно-экономическую карьеру, а он собирался делать более «сложную» и, безусловно, думал об этом. Как человек умный, отрабатывал в том числе и поведенческие стереотипы, которые должны этому способствовать. ... "
" ... Мой отец — из первых в Советском Союзе горнолыжников. Из тех сумасшедших людей, которые прокрадывались по ночам на овощные базы, разламывали там огромные дубовые бочки, предназначавшиеся для засолки огурцов, оставляли огурцы валяться на полу, а доски воровали, чтобы сделать из них совершенно неповоротливые горные лыжи. Эти лыжи пахли солеными огурцами. Они были тяжелы, как детские воспоминания сироты. Они приматывались намертво к ногам кожаными ремнями. И ежели человек падал на таких лыжах, съезжая по совершенно в ту пору не оборудованным склонам Чегета, то перелом ноги получался непременно множественным, винтовым и оскольчатым. Меня отец поставил на лыжи в пять лет. Затащил не помню уж на какую кавказскую гору, поставил на вершине и спросил: «Боишься?» «Нет», — отвечал я, хотя боялся смертельно. «Ну тогда поезжай», — улыбнулся отец и тихонько подтолкнул меня с горы вниз. Я поехал так быстро, что ветер свистел у меня в ушах и слезы из глаз текли мне по вискам в уши, ибо горнолыжных очков тогда еще не придумали. Секунд через тридцать отец догнал меня и, едучи рядом, спросил: «А как ты будешь останавливаться, ты подумал?» ... "