Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... В 19:00 — второй блок премьер трех одноактных балетов. Созданная по заказу театра «Пижамная вечеринка» солиста балета Венской оперы и хореографа Андрея Кайдановского (мировая премьера состоялась месяц назад в театре) и два балета маститых хореографов — «Кончерто барокко» Баланчина и «Восковые крылья» Иржи Килиана. Все три балета вместе отражают путь академического танца за сто лет, от железно выверенной геометрии на пуантах до плясок в пижамах. ... "
" ... До XX века деление по гендерному признаку распространялось на ткани и орнаменты. Твид, например, ввела в женскую моду Коко Шанель только в 1950-х. Узор аргайл (тартан из ромбов) стал популярным среди мужчин в 1920-х годах благодаря пуловерам Pringle of Scotland, а пейсли («индийский огурец», или бута) прославили хиппи. «Огурцы» украшали мужские рубашки, платки и даже «Роллс-Ройс» солиста The Beatles Джона Леннона. Многие «мужские» орнаменты проникли в женский гардероб в 1970-х. ... "
" ... Если для осознанности нужно вдохновение, взгляните на Уильяма Адамса, солиста группы The Black Eyed Peas, который до своей музыкальной карьеры был студентом Института дизайна и мерчандайзинга в Лос-Анджелесе, а в 2013 году подписал контракт с Coca-Cola на запуск собственной линии одежды Ekocycle, изготовленной из переработанных материалов. Или Майкла Фассбендера, который выступает как супергерой не только в фильмах «Люди Икс», но и участвует в движении за устойчивую моду. В 2016 году он присоединился к Green Carpet Challenge и пришел на «Оскар» в костюме Тома Форда, сертифицированном OEKOTEX как продукт, произведенный из экологической ткани с минимальным экоследом. ... "
" ... Почти как в гигантском триптихе Данте, с которым сравнивают «Военный реквием», у Бриттена есть рай, ад и чистилище. Уникальная драматургия сочинения строится на встрече трех сил: сопрано в сопровождении симфонического оркестра и смешанного хора исполняет слова латинской мессы, два солиста в сопровождении камерного оркестра — тексты Оуэна, а стоящий в фойе амфитеатра хор мальчиков в сопровождении органа звучит как далекие голоса ангелов. Дирижерская воля Юровского соединяет эти три пласта партитуры в единое полотно, которое то обрушивается ошеломляющими, почти кластерными аккордами, то истаивает в одинокой, печальной колыбельной. Публика Зала Чайковского тоже была на высоте: за полтора часа раздался лишь один писк мобильного и лишь два-три традиционных для этого зала ухода слушателей в 21:00 посреди исполнения. Полуторатысячный зал сидел, не шелохнувшись, осознавая всю значительность происходящего, и когда растворилась в воздухе последняя нота, замер в полуминутной тишине, прежде чем взорваться овацией. ... "