Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... В сентябре 2012 года Павел Теплухин получил новую работу — стал главным исполнительным директором Deutsche Bank в России. Теплухин говорит, что был «чрезвычайным и уполномоченным послом компании в России», подчинялся руководству в Германии, но операционного участия в бизнесе не принимал. Теплухин общался с ключевыми клиентами, отвечал за GR и стратегические инициативы. Банк в основном работал с корпорациями в России и состоятельными клиентами за рубежом — минимальный счет в Deutsche Bank в Цюрихе начинался с €5 млн. Период работы Теплухина в Deutsche Bank стал самым драматическим в истории его российского офиса: за проведение «зеркальных сделок» в 2011–2015 годах банк заплатил $425 млн штрафа финансовому регулятору Нью-Йорка. Как сообщал регулятор, отмывание денег немецким банком способствовало выводу из России $10 млрд. На фоне скандала Deutsche Bank объявил о закрытии инвестбанковского бизнеса и депозитарного обслуживания в РФ. ... "
" ... Инвесторы, начиная с обычных владельцев пенсионных сбережений и заканчивая состоятельными физическими лицами, государственными пенсионными фондами и даже расчетливыми инвесторами хедж-фондов, все больше стремятся вкладывать деньги в компании, которые наилучшим образом управляют этим «взаимодействием». В недавних исследованиях консалтинговая компания McKinsey подсчитала, что более $20 трлн в активах инвестируются теперь в соответствии с стандартами по охране окружающей среды, устойчивому развитию и корпоративному управлению. В декабре инвестиционный банк Goldman Sachs представил основанный на исследованиях Just Capital план по учреждению биржевого инвестиционного фонда. ... "
" ... Конов, Карисалов и другие менеджеры пришли в «Сибур» не бедными людьми, но состоятельными — психологически и материально — почувствовали себя, уже работая в компании. В «Сибуре» была опционная программа, по которой примерно сто человек получали премирование исходя из виртуального роста стоимости компании. В некоторых случаях выплаты превышали $1–2 млн. «Один из нескольких главных инженеров предприятий узнал, что получит $900 000 и… заплакал. Он реально сел в моем кабинете и стал плакать», — вспоминает Конов. Сам он со своего первого крупного вознаграждения купил квартиру — хорошую по тем временам. Но выкуп компании — несколько более дорогое мероприятие: столько денег (всю компанию тогда оценили в $5,5 млрд с долгом) у пятерки менеджеров, решившихся участвовать в сделке, не было. ... "
" ... Неаполь – непростой город, его невозможно свести к литературному или социологическому определению. Я ощущаю его своим городом, городом моих предков. В нем словно течет долгий поток событий — моего личного опыта и опыта других людей, которые вместе со своими голосами живут в моей памяти. Со своими голосами — это важно. Невозможно представить себе Неаполь без звучания его диалекта. Он присутствует на всех ступеньках социальной лестницы. Я знакома с очень состоятельными и с очень образованными людьми, знающими несколько языков и тем не менее во всех ситуациях использующими неаполитанский – как плебейские его варианты, так и невероятно изысканные литературные формы. Однако мои отношения с диалектом никогда не были хорошими – как с его грубой формой, так и с самой утонченной. На то много причин, упомяну одну, которая, возможно, включает все остальные. Но сначала расскажу о том, что долго меня терзало. Когда я училась в школе, мне часто задавали сделать перевод на итальянский с латыни и древнегреческого или, к примеру, перевести на современный язык сотню стихотворных строк XVI века. Если я торопилась, заданий было много, я не успевала их сделать, порой мне становилось плохо: я начинала воспринимать языки как поток голосов, которые накладываются друг на друга и звучат сквозь столетия — нечто вроде театра у меня в голове, мертвые и живые говорили хором, и гул их голосов лишал меня сил. Теперь со мной такого уже не бывает, но с неаполитанским все осталось как прежде, причем куда ярче, чем в школьные годы. У неаполитанского такая звуковая мощь, такая разрушительная эмоциональность, что жалко было бы запирать его в рамках алфавита, как тигра в клетке. Когда я пишу, я за ним наблюдаю, не подпускаю близко, обращаюсь с ним осторожно. При этом я полностью исключаю его ироническую-патетическую-сентиментальную-добродушную тональность. Я предпочитаю агрессивный, саркастичный диалект, представляющий угрозу для женщин, о которых я рассказываю. ... "
" ... После революции в России наступил период запрета на частную собственность и коммерцию — в СССР на протяжении 70 лет люди строили социализм, и предпринимательство прочно ассоциировалось с преступной деятельностью. И только в начале 1990-х, с развалом Союза, вновь появились коммерсанты. Некоторые из них, преодолев все трудности зарождения капитализма в стране, стали известными, состоявшимися и состоятельными людьми. Кому-то даже сильно в этом помог личный бренд. Но только тем, кто имел смелость громко заявить о себе. ... "