Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... «Когда я в 1971 году уезжал учиться, мой дедушка не понимал, зачем нужна Москва, когда есть Ташкент, а я ему объяснял, что еду учиться на посла — кто в МГИМО поступает без этой мечты?» — рассказывает Усманов. В 1976 году он окончил факультет международного права и вернулся в Ташкент. Жизнь и карьера складывались удачно: отец — прокурор Ташкента, Алишер работает старшим референтом ЦК ВЛКСМ Узбекистана, у него обширные связи (однокурсники Усманова — бывший пресс-секретарь Ельцина Сергей Ястржембский и казахстанский миллиардер Фатах Шодиев) и блестящие перспективы. Но в 1980 году вся прежняя жизнь оборвалась: суд приговорил Усманова и двух его друзей Бахадыра Насымова, сына зампреда КГБ Узбекистана, и Ильхама Шайкова, сына министра сельского хозяйства, к различным срокам по обвинениям в мошенничестве и хищениях. По словам Усманова, приятели стали жертвами клановых разборок центра с республиканской элитой, направленных скорее против родителей золотой узбекской молодежи, чем против самих молодых людей. Усманов тогда получил восемь лет, отсидел шесть, освободившись в 1986 году досрочно. В 2000 году Верховный суд Узбекистана реабилитировал осужденных, признав дело сфабрикованным. ... "
" ... «Когда я в 1971 году уезжал учиться, мой дедушка не понимал, зачем нужна Москва, когда есть Ташкент, а я ему объяснял, что еду учиться на посла — кто в МГИМО поступает без этой мечты?» — рассказывает Усманов. В 1976 году он окончил факультет международного права и вернулся в Ташкент. Жизнь и карьера складывались удачно: отец — прокурор Ташкента, Алишер работал старшим референтом ЦК ВЛКСМ Узбекистана, имел обширные связи (его однокурсники — бывший пресс-секретарь Ельцина Сергей Ястржембский, казахстанский миллиардер Фаттах Шодиев) и перспективы. Но в 1980 году случилось непредвиденное: суд приговорил Усманова и двух его друзей — Бахадыра Насымова, сына зампреда КГБ Узбекистана, и Ильхама Шайхова, сына министра сельского хозяйства, — к различным срокам по обвинениям в мошенничестве и хищениях. По словам Усманова, приятели стали жертвами разборок центра с республиканской элитой, направленных скорее против родителей золотой узбекской молодежи, чем против самих молодых людей. Усманов тогда получил восемь лет, отсидел шесть, освободившись в 1986 году досрочно. В 2000 году Верховный суд Узбекистана реабилитировал осужденных, признав дело сфабрикованным. ... "
" ... Бомбей — город коммерсантов и торговцев, недаром его покровителем давно считается Ганеша, он в Индии вроде бога торговли Меркурия. Город бурлит и шумит: я попала сюда аккурат к финалу фестиваля Ганеши, «Ганеша Чатурти». Оказаться в Бомбее в это время — особая удача: Ганеша может принести богатство. Что надо делать, чтобы он услышал просьбы? В самом начале десятидневного фестиваля семья покупает на базаре глиняную скульптуру Ганеши — просто голенькое создание, причем именно глиняное, потому что по легенде богиня Парвати слепила сына из глины. Дома личико бога со слоновьей головой раскрашивают яркими красками, наводят хитрые раскосые глаза, брови, щеки, губы. Одевают его в лучшие одежды, предлагают еду, питье, сладости и всячески развлекают. ... "
" ... Уйдя от власти, Сухарто затворился в семейной резиденции. Несмотря на обвинения в коррупции (Transparency International даже объявила его самым коррумпированным лидером в истории, укравшим $35 млрд), многочисленным врагам не удалось привлечь экс-диктатора к суду. В 2000 году Сухарто перевели под домашний арест, но адвокаты сумели не допустить судебного разбирательства, ссылаясь на плохое состояние его здоровья. Родственникам повезло меньше — сына Томми приговорили к пятнадцати годам по обвинению в попытке убийства судьи (но вскоре освободили), единокровному брату Пробутеджо дали четыре года за отмывание денег. ... "
" ... — В возрасте примерно двух лет у моего сына Платона случился сильный регресс в развитии. Я забила тревогу, пыталась объяснить врачам, что ребенок, конечно, может развиваться медленно, но развиваться назад не может. Фактически я выбила у врачей диагноз РАС. Парадокс, но репутация у этого диагноза хуже, чем у онкологического, врачи боятся его ставить и всячески оттягивают этот момент. Потому что если врач ставит диагноз, то должен предложить сразу и клиническую работу по нему. А если он не знает, как лечить, то отодвигает диагноз на подальше. В то время как для самого ребенка с РАС крайне важно как можно скорее начать коррекцию, в том числе терапией на основе прикладного анализа поведения. В России же 10 лет назад этого не было даже близко. ... "