Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Забегая вперед, скажу, что познакомились мы случайно, но Ирина стала мне по-настоящему родной. Мы гоняли с ней на байке по узким улочкам Пномпеня, побывали на настоящем рынке, ели кхмерскую еду, пили лювак — самый дорогой кофе в мире, и даже побывали на российском дне рождения у ее друзей. А еще мы вместе находили себе на голову приключения. ... "
" ... Мы снова взгромоздились на мотоциклы, и Малкольм снова привел в действие свою Поисковую формулу. На этот раз был найден водитель такси, который на своей машине должен был показать нам дорогу к отелю Olympic. Торопился он куда больше, чем мы. Мотоциклы стремительно промчались по извилистым пражским улочкам, оставляя в недоумении прохожих, которые пальцами показывали на нашу странную процессию. ... "
" ... Тоже давильня, тоже старая (XVI век), только не действующая, а превращенная в ресторан El Olivo, устроила мне другой гастрономический удар — теперь уже вечерний. Ужин я пережил, но до кресла у камина добрался с трудом. Рюмка местного бренди помогла переварить поросенка с фуа-гра, а потому к утру я был готов к прогулке по Дейе и походу на так называемый пляж. Длительными прогулками (или велопробегами), собственно, истязают свою измученную гастрономией плоть все гости Коста-Норд. Выходишь из гостиницы, долго блуждаешь по запутанным деревенским улочкам, в конце концов попадаешь на проложенную по ущелью тропинку, а по ней уже дуешь до моря. Перепад высот между Дейей и морем, кстати, около семисот метров, так что подъем, в отличие от спуска, может превратиться в увлекательную борьбу с приобретенными накануне жировыми отложениями. Местная купальня — огражденная со всех сторон скалами бухта с каменистым пляжем. По базальтовым языкам в воду спускаются лодки, во время шторма прячущиеся в сухих гротах. Ничто не указывает на шумный отдых больших семейств. Напротив, окружающая действительность в очередной раз подвигает на неторопливое любование красотами, вентиляцию легких — на поэзию, в общем. Тот же поэт Грейвс, автор книжки «Я, Клавдий», прожил в Дейе большую часть своей долгой жизни, умер здесь в 1985 году и похоронен на горе, у местной церкви. При большом желании (как у меня, например) дама со сложноподчиненной Грейвсу родословной (бывшая жена приемного сына или что-то в этом духе) водит по деревне приезжих и знакомит с художниками, коим здесь несть числа. И я там был, по художникам ходил, картинки смотрел, ужасался. ... "
" ... Через полтора часа мы подъезжали к Сан-Педро-де-Атакама — зелень оазиса мы увидели еще издали. Городок показался мне сохраненной на задворках Голливуда декорацией к одному из вестернов Серджо Леоне: глинобитные домики, высокие заборы, страшная пыль, люди на лошадях. Воспоминаниям о кино мешали толпы туристов с рюкзаками, слоняющихся по улочкам в поисках ночлега, велосипеда и компании для поездки в пустыню. ... "