Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... Звание магистра давало Ключевскому право преподавать в высших учебных заведениях. Самую престижную кафедру русской истории — университетскую — по-прежнему занимал Соловьев. Зато он уступил ученику место преподавателя истории в Александровском военном училище. Кроме того, Ключевский преподавал в таком консервативном заведении как Московская духовная академия и таком либеральном как Высшие женские курсы. Последние были частной затеей Владимира Герье, приятеля Ключевского, тоже историка. Женщин тогда в университеты не принимали — разве что изредка допускали в качестве вольнослушательниц, то есть позволяли учиться, но не давали дипломов. Характерный пример тогдашнего интеллигентского либерализма: Буслаев, Тихонравов и многие другие крупнейшие профессора Московского университета одновременно преподавали и на Женских курсах. ... "
" ... Иван Сергеевич Щукин, втайне помогавший своему единственному сыну, сделал блестящую университетскую карьеру и стал выдающимся специалистом по персидской миниатюре. Большую часть жизни он прожил в Ливане, служил профессором на кафедре истории искусств в Бейрутском университете. В 89 лет трагическая судьба, преследовавшая всех сыновей Лидии и Сергея Щукиных, постигла и его. В 1975 году он вместе с женой-венгеркой погиб при взрыве самолета авиакомпании Malev, летевшего в Бейрут из Будапешта в начале Ливанской войны. По слухам, при нем был неизменный кожаный саквояж, с которым он никогда не расставался, уезжая в Европу. В саквояже, как и в кукле его младшей сестры, хранились сокровища — его ювелирная коллекция, исчезнувшая вместе с обломками самолета. ... "
" ... Соловьев на всю жизнь сохранил старомосковскую обстоятельность и размеренность, а также несокрушимую трудовую этику, дисциплину и чувство долга. Приступив к своей «Истории России», он исправно выдавал по тому в год в течение почти тридцати лет. Он и близко не обладал писательскими талантами Карамзина: писал длинно, занудно, часто повторяясь, не очень-то заботясь о красоте слога. Лекции его оставляли примерно такое же впечатление — никакого сравнения с Грановским и другими профессорами, которые нередко превращали университетскую кафедру в митинговую трибуну. Но недаром ведь Соловьев был гегельянцем: Абсолют проявляет себя не красотой, а мыслью. Историком руководила безупречная интеллектуальная дисциплина. ... "