Внимание! Сайт не гарантирует того, что представленный текст разрешён по возрасту. Не рекомендуется пользоваться сайтом, если вам меньше 18 лет.
" ... В общем, весь мой опыт учителя литературы говорит о том, что если мы начинаем читать тексты и делаем это серьезно, то это лучшая пища для ума. И, конечно, повод двигаться вперед. Но при этом принято считать, что русская литература — это плохое подспорье для бизнесмена, ведь положительных образов предпринимателей в ней почти нет. Во-первых, художественная литература вообще не про успех, и это очень важно. Как говорил Чайковский: «А что, есть веселая музыка?». А ведь Чайковский — это великий композитор, добившийся совершенно невероятного успеха! Нам нужны не только картинки мгновенной победы. Успех — это зачастую следствие рефлексии над неуспехом. Жизнь сложнее, и это отражает культура.Так что русская литература дает нам не столько примеры успеха, сколько разные поучительные кейсы. Вот сегодня я буду читать лекцию «Зачем Левша испортил блоху, или судьба русских инноваций». Чем нас учит «Левша»? Не тому, как успешно подковать блоху. А тому, что если не менять общественные институты, то ничего хорошего не будет. В этом смысле «Левша» — ничуть не менее злободневный текст, чем редакционная статья в «Ведомостях». ... "
" ... На выставке показана не просто художественная эволюция мастера, — от индустриальной эстетики XX века до техноорганических технологий дышащих скульптур, не только эстетически воздействующих на пространство вокруг человека, но и реагирующие на природные условия и состояния зрителей, — а история прорыва одной семьи. 40 лет назад из Москвы вместе с Вадимом Космачевым уехала его семья, художник Елена Конева и 15-летняя дочь Маша Космачева. Сейчас венский архитектор Маша Виич-Космачев, основательница архитектурного бюро Veech Х Veech вместе с мужем-архитектором Сюартом Виич и старшим сыном Филиппом — участники креативной команды, организовавшей ретроспективу Вадима Космачева в Третьяковской галерее. ... "
" ... Начиная с 1998 года спрос на художественную репродукцию стал выше, чем на графический дизайн, поэтому Эв изменил название компании на Art Reproduction Technologies, или ART. К 1999 году художественная репродукция составляла 95% рабочей нагрузки ART. Но несмотря на успех, Эв продолжал финансовую борьбу и не мог понять почему. Он был занят больше, чем когда-либо. Конечно, он понимал, что увеличил накладные расходы компании. Начав обслуживать клиентов, приходивших к нему в офис (до этого он сам приходил к клиентам), он переехал из амбара. Ему пришлось купить офисную мебель и дополнительное оборудование. Но поскольку он увеличил продажи, то ожидал, что будет зарабатывать больше денег. Этого не произошло. Друзья дразнили его, что он купил машину для печати стоимостью $70 000, а ездит на автомобиле, который в лучшем случае стоит $2500. ... "
" ... Однако, возможно, с этими книгами как раз-таки все в порядке, потому что это художественная проза. Возможно, самое удручающее в моей книге — тот факт, что в ней нет вымысла. Так что давайте, пожалуй, откажемся от чтения любого нон-фика, который может вывести из равновесия. Если истории о девочках, страдающих от рака, унижаемых незнакомцами и пытающихся посредством секса и наркотиков притупить нечеловеческую боль, слишком неприятны и порнографичны, то давайте откажемся и от упоминаний Холокоста. Русская революция, кровавые поля Камбоджи, война во Вьетнаме, Крестовые походы — все это олицетворяет такие чудовищные проявления безнравственности и извращенности, что о них лучше и думать забыть. ... "
" ... Я задумалась, как художественная литература может отражать реальность? Сегодняшнюю реальную жизнь. В СМИ мы каждый день сталкиваемся с историями, которые поначалу похожи на вулкан. Сенсация, взрыв. Все газеты об этом пишут, все телеканалы снимают программы — все вокруг обсуждают одну тему. А потом люди просто забывают об этом. Они переключаются на свою жизнь. И герои вчерашнего скандального происшествия попросту выпадают из света софитов. Людям совершенно все равно, как они живут дальше. Это происходит мгновенно. Сейчас время консюмеризма. Мы потребляем истории, как шоколад, кофе или вино. Мы выпиваем историю за вечер, чашка за чашкой, бокал за бокалом. Но вечер заканчивается, бутылка пуста, мы оставляем ее на столе и уходим. Мы продолжаем жить привычной жизнью — и это конец истории. ... "